«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма

основана в 2001 году

+7(499)158-29-17

+7(499)158-85-81

+7(499)158-65-66

info@trunov.com

Протокол судебного заседания от 15.11.2019

СУДЬЯ:  … Соколова, представитель потерпевшего Министерство финансов Республики Марий-Эл, защитники адвокаты Вяткина, Владимиров, Овсянкина, Макарова. Решается вопрос о продолжении судебного заседания в отсутствии неявившихся лиц. Суд выясняет мнение участников процесса.  Государственный обвинитель, ваша позиция?

Прокурор ПОТАПОВ:  Полагаю возможным.

Прокурор ТРУСОВА:  Также считаю возможным.

СУДЬЯ:  Мнение подсудимых. Маркелов, ваша позиция?

Подсудимый МАРКЕЛОВ: На усмотрение суда.

СУДЬЯ: Кожанова, ваша позиция?

Подсудимая КОЖАНОВА: На усмотрение суда.

СУДЬЯ: Долгушева, ваша позиция?

Подсудимая ДОЛГУШЕВА:  Считаю возможным.

СУДЬЯ:  Проскурина, ваша позиция?

Адвокат ПРОСКУРИНА:   На усмотрение суда.

СУДЬЯ:  Шарафутдинова?

Адвокат ШАРАФУТДИНОВА:   На усмотрение суда.

СУДЬЯ: Морозов?

Адвокат МОРОЗОВ:   Ваша Честь, считаю возможным.

СУДЬЯ:  Кукишев?

Адвокат КУКИШЕВ:  Считаю возможным.

СУДЬЯ:  Овсянкин?

Адвокат ОВСЯНКИН:   На усмотрение суда.

СУДЬЯ: Семенова?

Адвокат СЕМЕНОВА:  Полагаю возможным.

СУДЬЯ: Дмитриев?

Адвокат ДМИТРИЕВ: Согласен с позицией своего подзащитного, поэтому не возражаю.

СУДЬЯ:  Выслушав мнения сторон, суд на месте постановляет продолжить судебное заседание в отсутствии неявившихся лиц. Суд доводит до сведения участников процесса, что поступило ходатайство ГТРК Нижний Новгород о видеозаписи судебного заседания…

Подсудимая КОЖАНОВА:  Фотографируют нас… посмотреть на наши больные лица…

СУДЬЯ:  … 15 ноября 2019 года. Видеооператор Захаров. Данное ходатайство суд ставит на разрешение участников процесса. Государственные обвинители, ваша позиция?

Прокурор ПОТАПОВ:  На усмотрение суда, Ваша Честь.

СУДЬЯ:  Трусова?

Прокурор ТРУСОВА:  На усмотрение суда. Но ранее данное ходатайство разрешалось судом и было принято решение. 

СУДЬЯ:  Мнение подсудимых. Маркелов, ваша позиция?

Подсудимый МАРКЕЛОВ: Ваша Честь, суд ранее принимал решение - запретил съемку. Я с этим решением согласился. Поэтому считаю нужно оставить то самое решение, которое принимали. Мы с ним согласны.

СУДЬЯ: Кожанова, ваша позиция?

Подсудимая КОЖАНОВА: Я категорически против съемки, потому что я очень плохо себя чувствую. И хватит над нами издеваться, еще чтобы показывать.

СУДЬЯ: Долгушева, ваша позиция?

Подсудимая ДОЛГУШЕВА:  Поддерживаю позицию Маркелова.

СУДЬЯ:  Защитники, ваша позиция? Проскурина?

Адвокат ПРОСКУРИНА:   Мы возражаем, Ваша Честь.

СУДЬЯ:  Шарафутдинова?

Адвокат ШАРАФУТДИНОВА:   Возражаю.

СУДЬЯ: Морозов?

Адвокат МОРОЗОВ:   Я согласен с позицией моей подзащитной.

СУДЬЯ:  Кукишев?

Адвокат КУКИШЕВ:  Возражаю.

СУДЬЯ:  Овсянкин?

Адвокат ОВСЯНКИН:   Возражаю.

СУДЬЯ: Семенова?

Адвокат СЕМЕНОВА:  Поддерживаю позицию подзащитной Долгушевой.

СУДЬЯ: Дмитриев?

Адвокат ДМИТРИЕВ: Уважаемый Суд, я также возражаю против того чтобы осуществлялась видеосъемка. И в качестве обоснования я хочу сказать, что итак очень много информации находится в открытом доступе. И вот, к сожалению, в том числе и та информация, которая послужила основанием для изменения меры пресечения в отношении моей подзащитной, об участии в процессе, что там происходит, кто какие дает показания. Поэтому в связи с этим  я также полагаю все-таки удовлетворить ходатайство наших подзащитных о том, что съемка не осуществлялась.

Подсудимая КОЖАНОВА:  Это раздувание нашего процесса, превращение его в фарс. (Нрзб.) потому что я больна.

СУДЬЯ:  Выслушав мнения сторон, суд на месте постановляет в удовлетворении ходатайства ГТРК «Нижний Новгород» о видеозаписи судебного заседания отказать, поскольку судом установлено, что в данной стадии судебного разбирательства видеосъемка, комментарии средств массовой информации приведут к нарушению прав и законных интересов подсудимых. Кроме того, учитывая, что в судебном заседании подлежат исследованию результаты оперативно-розыскной деятельности, в которых фигурируют свидетели по уголовному делу, которые в судебном заседании не допрашивались, разглашение сведений о них может воспрепятствовать объективности судебного следствия.

Судом вскрывается опечатанный в предыдущем судебном заседании конверт с диском, подтверждающим просмотр в судебном заседании. Еще раз повторюсь, на диске имеется запись рассекреченного постановления, регистрационный №66/4/2/5488 от 31 октября 2019 года, (нрзб.), указан №17/1009/CD-Rпо … №55/7. Подпись должностного лица. 

- Ваша Честь, а печать чья стоит на конверте?

СУДЬЯ:  Я в судебном заседании опечатывала конверт лично.

- Нет-нет, печать предыдущая.

СУДЬЯ:  Управление ФСБ по Республике Марий-Эл для пакетов 11.

СУДЬЯ:  Как файл называется?

- «Аудио - 69403.09.19 с 16:00»

СУДЬЯ:  Ноутбук у нас (нрзб.)

 

Прослушивание записи (0:08:30 - 0:09:47)

 

СУДЬЯ: Звук это максимальный?

- Да.

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Ничего себе запись…

Адвокат МОРОЗОВ:   Нет, слушать до конца надо, раз включили.

 

Прослушивание записи (0:10:00 - 0:13:01)

 

- 4 минуты 22 секунды

СУДЬЯ:  На 4 минутах 22 секундах запись приостановлена. Сейчас принесем одну большую колонку еще. С ее помощью можно регулировать звук, поэтому все оставайтесь в зале. По крайней мере, на том моменте, на котором сейчас остановлено, пока идет обсуждение заказа с официантом - про мороженые и пирожные речь идет.

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Ваша Честь, разрешите ходатайство?

СУДЬЯ: Нет. Все ходатайства позже.

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Извините, если что-то не так.

Прослушивание записи (0:19:04 - 1:19:26)

 

- 1 час 05 минут.

СУДЬЯ: Начало в 16:00… Аудиозапись закончилась длительностью 1 час 5 минут. Аудиозапись прослушана полностью. Исследуется том 202.

 

Том 202

Л.д.  1-3 - копия паспорта Долгушевой со страницами о семейном положении, регистрации, наличии детей.

Л.д.  6-11 - сведения Информационного центра об уголовной и административной практики, сведения  о привлечении к уголовной и административной ответственности в отношении Долгушевой отсутствуют, не судима. К административной ответственности не привлекалась.

Л.д.  12-13 - сведения о том, что на учете у нарколога и психиатра Долгушева не состоит.

Л.д.  15 - характеристика участкового уполномоченного. Данная характеристика негативной информации не содержит.

Л.д.  18-21 - сведения о пенсионных правах Долгушевой. Является пенсионеркой, указано с какого времени.

Л.д.  26 - запись акта гражданского состояния о расторжении брака

Л.д.  115 - сведения о том, что на воинском учете Долгушева не состоит по возрасту.

 

Том 203

Л.д.  186-190 - постановление об избрании Долгушевой меры пресечения в виде подписки о невыезде от 14 мая 2018 года

 

СУДЬЯ: Перерыв до 12:30.

 

Перерыв

 

Подсудимая ДОЛГУШЕВА:  … который в свою бытность возглавлял правительство и координировал работу всех министерств и ведомств. Участниками были, как правило, министры. И проводились мероприятия под руководством Николая Ивановича не только официального характера, касающихся рабочих моментов, но также и каких-то мероприятий, касающихся различных дат республиканского муниципального уровня. После отставки правительства Республики Марий-Эл в 2017 году за исключением, по-моему, только меня, всю команду отправили единовременно в отставку. Связи между руководителями министерств и ведомств с членами правительства - они не прекращены, что очень достойно уважения, и Николаю Ивановичу, конечно, за это все благодарны, потому что совместная работа очень была сплоченной, длительной, и результаты достаточно впечатляющие. Поэтому, как правило, Николай Иванович является инициатором до сих пор встреч членов правительства, интересуется судьбой каждого из них. На какие-то даты юбилейные собирает членов правительства, то есть располагает полной информацией о тех людях, с которыми он бок о бок работал более 15 лет. Поэтому получив такое предложение, я никаким образом не была ни удивлена, а, наоборот, как-то немножко чуть обескуражена, думаю, Николай Иванович нашел какое-то время и для меня. О чем пойдет речь я, конечно, не догадывалась и не подозревала, потому что я не знала, с кем это будет, с участием кого, потому что министры собираются, скажем, социальный блок собирается иногда отдельно, иногда под эгидой Николая Ивановича, поэтому я не знала какой круг участников будет. И стороны были рады встречи, как я понимаю. Разговор, который состоялся в процессе нашей беседы часовой, в общем, изложен в тексте стенограммы от 3 сентября частично, и сегодня  мы мало что слышали от того, что по результатам аудиозаписи даже я, участник процесса вот этих разговоров, и то с большим трудом понимала вообще о чем идет речь. Поэтому я говорю о том, что стенограмма она содержит не совсем достоверную информацию. Содержит некорректную информацию, потому что многие моменты выдернуты просто из контекста. А в аудиозаписи вообще ничего не слышно и, как мне кажется, мы не услышали самого главного - ради чего, как бы сказать, и была организована встреча и чем она закончилась, по большому счету. Я не буду пересказывать все подробности этой встречи, поскольку я давала по ряду вопросов показания в процессе следственных действий, и уже в судебном разбирательстве, задавая вопросы свидетелям. Я хочу сказать лишь только то, что Николай Иванович был весьма и весьма информирован. И это отмечала я в процессе всех переговоров. Инициатором разговоров, темы для разговоров, как видим мы из материалов, был Николай Иванович, потому что его интересовало абсолютно все - состояние отрасли сельского хозяйства, и состояние здоровья обвиняемых, и ход судебного процесса, и что-то там есть моя перспектива и так далее и так далее. Вот, тем не менее, значит, в ходе разговора я понимала, почему я говорю, что Николай Иванович информирован, потому что он ссылался и на интернет, и он знает, как стихи пишет Леонид Игоревич Маркелов, кому он посвящает их, какие решения принимаются, какие свидетели приглашаются, какие дают показания свидетели в ходе судебного процесса. Кроме того, много информации он почерпнул от беседы с Александром Яковлевичем Егошиным, который проинформировал Куклина Николая Ивановича о том, что в течение нескольких дней героически отстаивал свои жизненные позиции, в конечном итоге поставил всех на место, и что глава Республики Марий-Эл вел в отношении него себя крайне агрессивно. К сожалению, мы это не услышали сегодня, и нет в стенограмме, на что я сказала, что Леонид Игоревич в процессе допроса Александра Яковлевича Егошина не кричал на него, не топал ногами, и беседа  была в рамках процессуального, как бы сказать, порядка.

Далее.  Беседовали мы также и о коллегах. Все-таки Николай Иванович как-то он постоянно возвращался к вопросу - а как же, чем это все может закончиться и почему и от чего. Это тоже есть в материалах дела. Исходя из того, что я здесь постоянно слышу как и все присутствующие участники судебного процесса заявления главы республики Маркелова Леонида Игоревича, особенно… не то что особенно, а заявления такого характера и такого содержания они начались в ходе допроса свидетеля Александра Яковлевича Егошина. А поскольку многие вопросы связаны по тематике  с этим допросом, неоднократно Леонид Игоревич говорил о том, что показания необъективные, они имеют под собой негативное основание. Имеется мотивация  у этого свидетеля давать ложные показания суду. И неоднократно он предлагал, чтобы заслушать здесь министров, членов правительства и так далее, и все мы являемся свидетелями того, какие события происходили  и заявления были. И исходя из этого, когда Николай Иванович… что вот теперь можно сделать - я сказала, что нужно говорить правду, что до суда нужно донести правильную правдивую информацию о происходящих событиях, почему принимались те или иные  решения, были ли такие решения, были ли такие факты. И, конечно, мне, как бы сказать, это в ушах все звенело, когда мы завершали переговоры, у меня это как-то все сконцентрировалось, и я понимала, что нужно мне выразить свою точку зрения, что необходимо говорить правду, как есть и что: «Вы, Николай Иванович, об этих фактах знаете». Выразилось у меня словами такими, что по поручению главы. Я хочу сказать, что это моя интерпретация того, что я здесь слышу в суде ежедневно по несколько раз в день. Никаких поручений глава мне не мог дать, даже в силу того, что с Николаем Ивановичем у меня очень такие отношения на большой дистанции. И  я не могла, скажем, не инициировать эту встречу. Я не могла давать ему каких-то команд, не могла каких-то условий ставить, не могла… что-то там вести себя не, будем говорить, не процессуально, а я высказала свою точку зрения, что суду на сегодня нужна достоверная правдивая информация. Чего мы не слышали от двух свидетелей, фамилии там тоже приведены. Я об этом опять-таки говорила тоже и здесь в суде, и поэтому я считаю, что то что написано в ходатайстве обвинения, давления никакого я на Куклина Николая Ивановича не оказывала, я не могла его просто оказывать даже в силу субординации, как мы приучены работать и относиться, до сих пор отношения какие. Я его не отговаривала. Я высказала свою точку зрения.

Далее. Почему Маркелов не мог даже мне такого поручения дать даже в силу этой субординации, а затем… Вот я по приезду должна была по сути дела, если он мне дал поручение, должна ему сказать, что: «Вот, Леонид Игоревич, Николай Иванович вот так-то, при разговоре так-то…». У меня даже в голове не было о том, чтобы главе сказать об этом, каким-то образом сообщить. Потому что я сказала свою точку зрения всего лишь на всего, чтобы на суде озвучивалась правдивая информация.

Исходя из всего сказанного я, в общем-то, пришла к мнению такому, что у Николая Ивановича не было никакой объективной необходимости встречаться со мной, организовывать встречу со мной. Потому что он знал ответы на все вопросы. Это как бы, наверно,  как-то у меня это, такое мнение сформировалось. И в связи с изложенным я прошу суд не изменять мне меру пресечения в связи с тем, что еще раз говорю, что давление ни на одного свидетеля я не оказывала, ни угрозы, ни шантаж - я никого не вовлекала, не привлекала. Еще раз говорю, что я таким образом выразила свою точку зрения в защиту правосудия. Ну и потом, по семейным обстоятельствам я по выходным только бываю у себя… я бываю у себя на родине. Моей маме 87 лет. Она нуждается в помощи моей. И прошу быть суд объективным. В настоящее время здесь в Нижнем Новгороде я проживаю, снимаю жилье по договору безвозмездного пользования помещением. Проживаю в течение всей недели, заезжаю в понедельник, выезжаю в субботу утром, либо поздно вечером. Договор заключен 9 сентября 2019 года. Адрес, я думаю, говорить здесь не имеет значения. И все-таки прошу суд услышать мою точку зрения и мою просьбу и не изменять меру пресечения, потому что не настолько я могу что-то натворить злого, если все свидетели по эпизодам, которые непосредственно касались меня, они допрошены, я ни одного человека… ни к одному человеку не подходила и не обращалась за информацией, чтобы получить какую-то информацию для своей защиты. Это вообще исключено, а тем более в интересах Маркелова. Маркелов сам себя в состоянии защитить. Делает это. У меня все. Спасибо.

СУДЬЯ:  Защитник Дмитриев, изложите вашу позицию.

Адвокат ДМИТРИЕВ: Уважаемый Суд, уважаемые участники судебного заседания, стороной защиты подготовлено возражение на ходатайство государственного обвинителя об изменении меры пресечения. Суть этого возражения сводится к следующему. 14 ноября 2019 года в ходе судебного заседания по уголовному делу государственным обвинителем Потаповым было заявлено ходатайство об изменении подсудимой Долгушевой изменение меры пресечения с подпиской о невыезде на заключение под стражу. К ходатайству были приложены материалы оперативно-розыскной деятельности, проводимые УФСБ России по Республике Марий-Эл в отношении Долгушевой по рапорту от 23 марта 2017 года об обнаружении признаков состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 Уголовного кодекса, совершенного Долгушевой. Такими материалами являются: постановление о предоставлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд; постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей; справка по результатам ОРМ «Наблюдение»; стенограмма разговора, состоявшегося между Куклиным, Григорьевой и Долгушевой 3 сентября 2019 года. В обоснование заявленного государственный обвинитель ссылался на то, что Долгушева, находясь во время перерыва судебного рассмотрения дела в неформальной обстановке в кафе «Старый Георг» в Республике Марий-Эл, в присутствии гражданки Григорьевой, оказывая воздействие путем уговоров на одного из ключевых свидетелей по делу и недопрошенного в судебном заседании первого заместителя Правительства Куклина, просила его дать показания в пользу подсудимого Маркелова якобы по прямой просьбе последнего. Кроме того, по мнению государственного обвинителя, в разговоре указанные лица обсуждают ход рассмотрения настоящего дела в суде. Планируют линию поведения и защиту в ходе предстоящих судебных заседаний. Все это по утверждению государственного обвинителя направлено на то, чтобы показания Куклина опровергли бы показания ранее допрошенных Ушаковой и Егошина, а следовательно данные факты свидетельствуют о необходимости изменения подсудимой Долгушевой меры пресечения на более строгую - заключение под стражу. Государственный обвинитель указывает, что согласно материалам настоящего дела установлено, что подсудимая Долгушева обвиняется в совершении тяжкого преступления, санкции статьи, за которое предусматривает наказание  в виде лишения свободы сроком свыше 5 лет. Установлены факты давления на свидетелей с целью изменения ранее данных им показаний. В связи с чем полагает, что подсудимая Долгушева, находясь на свободе, в целях избежать уголовной ответственности, может воспрепятствовать производству по делу, скрыться от суда, а также изменение меры пресечения направлено на необходимость рассмотрения уголовного дела по существу.

С заявленным ходатайством сторона защиты не согласна, и свои выводы обосновывает следующим. В соответствии с Постановлением Пленума Верховного суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 №41 право на свободу является основополагающим правом человека. Конституция Российской Федерации, общепризнанные принципы и нормы международного права и международных договоров Российской Федерации допускают возможность ограничения права на свободу лишь в той мере, в какой оно необходимо  в определенных законом целях и установленном законом порядке. В связи с этим ограничения прав и свобод могут быть оправданы публичными интересами, если такие ограничения отвечают требованиям справедливости, являются пропорциональными, соразмерными и необходимыми для целей защиты конституционно значимых целей. При разрешении вопросов, связанных с применением законодательства о мерах пресечения необходимо соблюдать баланс между публичными интересами, связанными с применением мер процессуального принуждения и важностью права на свободу личности. Заключение под стражу не может быть избрано в качестве меры пресечения, соответственно, и изменено с более мягкой, если отсутствуют предусмотренные ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса основания, а именно данные о том, что подозреваемый или обвиняемый может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда, либо продолжит заниматься преступной деятельностью, либо угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, либо уничтожить доказательства, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу. В качестве основания для  изменения меры пресечения на заключение под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения в данном случае подсудимых действий, указанных в ст. 97 Уголовно-процессуального кодекса и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством оставления в силе предыдущей меры пресечения, в данном случае подписка о невыезде. О том, что в данном случае подсудимый может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, могут свидетельствовать наличие угроз с его стороны, его родственников, иных лиц, предложения указанных лиц свидетелям, потерпевшим, специалистам, экспертам, либо иным участникам уголовного судопроизводства выгод материального и нематериального характера с целью фиксации доказательств по делу. Наличие у лица возможности воспрепятствовать производству по уголовному делу на начальных этапах предварительного расследования может служить основанием для решения о содержании обвиняемого под стражей. Однако впоследствии суд должен проанализировать иные значимые обстоятельства, такие как результаты расследования или судебного разбирательства, личность подозреваемого, обвиняемого, либо подсудимого, его поведение в процессе судебных заседаний и другие конкретные данные, обосновывающие довод о том, что лицо может совершить действия, направленные либо на фальсификацию или уничтожение доказательств, либо оказать давление на участников уголовного судопроизводства или иным образом воспрепятствовать расследованию уголовного дела в суде. Из выше обозначенного следует, что федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 года №144 определяет содержание оперативно-розыскной деятельности, осуществляемой на территории Российской Федерации и закрепляет систему гарантий законности проведения оперативно-розыскных мероприятий. Органы, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, для решения задач, возложенных на них указанных законом, могут создавать и использовать информационные системы, а также заводить дела оперативного учета. Результаты оперативно-розыскной деятельности - это сведения, полученные в соответствии с федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности» о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, о лицах, подготавливающих или совершающих такие деяния. Для использования результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании необходимо прежде всего точное исполнение предусмотренных подзаконными актами правила поведения оперативно-розыскных мероприятий. Порядок представления результатов оперативно-розыскной деятельности указанным органом регулируется инструкцией о порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд, утвержденный совместным приказом Министерства внутренних дел и Федеральной службой безопасности от 17 апреля 2007 года с соответствующими номерами. В соответствии с инструкцией результаты оперативно-розыскной деятельности должны содержать сведения, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Указания на источник получения предполагаемых доказательств или предмета, который может стать доказательством, а также данные, позволяющие проверить в условиях судопроизводства доказательства, сформированные на их основе. Поэтому для использования результатов оперативно-розыскной деятельности, как это следует из ст. 89 Уголовно-процессуального кодекса, необходимо установить соблюдены ли установленные законом «Об ОРД» правила проведения оперативных мероприятий. Далее устанавливается, кем были обнаружены и представлены предметы, которые могут стать вышеназванным доказательством или сообщены сведения о лицах, которые могут быть вызваны для допроса в качестве свидетелей. После приобщения предметов в качестве доказательств допросы лиц в качестве свидетелей по правилам процессуального производства, они становятся доказательствами по делу, могут быть использованы такие материалы как аудиозаписи, видеозаписи, либо фотографии. Однако должно быть установлено - кем, когда, при каких обстоятельствах эти материалы получены. С этой целью может быть допрошено лицо, производившее эти записи или фотографирование. Результаты оперативно-розыскной деятельности представляются в уголовный процесс по инициативе органов, осуществляющих ОРД, либо по выполнению поручения органов расследования, указания прокурора или определения суда по уголовным делам, находящимся в их в производстве. Результаты оперативно-розыскной деятельности представляются на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего ОРД, данное постановление составляется в двух экземплярах, соответственно, первый из которых приобщатся к материалам дела и оперативного учета, второй представляется в суд, либо лицу, инициирующее эти мероприятия.

При использовании в доказывании результатов ОРД следует учитывать, что сами по себе результаты оперативно-розыскной деятельности доказательствами в уголовно-процессуальном смысле не являются. Их можно рассматривать только в качестве основы, на которой в уголовном процессе могут быть сформированы доказательства. По делом оперативного учета понимаются предусмотренные федеральным законом «Об ОРД» формы концентрации материалов оперативного служебного документирования. Дело оперативного учета может быть заведено только при наличии оснований, предусмотренных п.п. 1, 6 ч. 1 ст. 7 федерального закона «Об ОРД». Таковыми являются в том числе наличие возбужденного уголовного дела и поручение следователя, органа дознания, указания прокурора или определения суда по уголовным делам, находящихся в их производстве. Каких-либо сведений, обосновывающих проведение ОРМ в отношении Долгушевой 3 сентября 2019 года в судебном заседании не представлено. Однако в соответствии с сопроводительным письмом от 31.10.2019 года на имя следователя Следственного комитета Степанова из УФСБ России по Республике Марий-Эл поступают результаты ОРД в отношении Долгушевой, которые направляются в дополнение к сообщению о преступлении, предусмотренного ч. 1 ст. 292 Уголовного кодекса Российской Федерации, это сопроводительное письмо от 23 марта 2017 года с соответствующим номером, здесь указан, которое отражает результаты ОРД. В качестве приложения указано постановление о представлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд. Датировано оно 31 октября 2019 года. С прилагаемыми материалами, которые прилагаются на 8 листах, и, Уважаемый Суд, прошу обратить внимание, как в сопроводительном документе указан один конверт. Из Следственного комитета за подписью заместителя руководителя Главного Управления Розинкина, 11 ноября в Генеральную прокуратуру направляются материалы в отношении подсудимой Долгушевой на 9 листах, и уже указанный CD-Rдиск. В данном случае для меня опять-таки остается загадкой, откуда взялись сведения о том, что передается CD-диск, ибо по тем документам, которые соответственно по инстанциям передавались, там везде указан белый конверт. На этом конверте, как мы установили сегодня в судебном заседании, был оттиск печати Управления Федеральной службы безопасности по Республике Марий-Эл. Поэтому здесь вот также возникают сомнения. Указанные документы и CD-Rдиск 13 ноября 2019 года направлены Потапову - инициатору ходатайству об изменении меры пресечения. Из всего указанного следует, что появление в судебном заседании указанных документов не соответствует действующему законодательству. Следователь поручение не давал органу, производящему ОРД, равно как и суд не являлся инициатором таких мероприятий. Государственный обвинитель также не являлся инициатором того, чтобы были предоставлены или осуществлены - скажем так, осуществлены - оперативно-розыскные мероприятия в отношении  Долгушевой. Нет сведений, обосновывающих проведение соответствующего оперативного мероприятия. Они (нрзб.).

Вместе с тем согласно рапорта об обнаружении признаков состава преступления - это регистрационный №16 от 23 марта 2017 года, этот рапорт содержится в материалах уголовного дела - в действиях Долгушевой усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 292 Уголовного кодекса Российской Федерации. Санкции указанной статьи предусматривают лишение свободы на срок до двух лет. Вот, Уважаемый Суд, именно тот рапорт и те сведения о том, что в действиях Долгушевой содержится состав преступления, предусмотренный ст. 292 и когда было возбуждено уголовное дело в отношении моей подзащитной именно по указанному составу преступления, вот тогда в отношении Долгушевой и проводились оперативно-розыскные мероприятия, в ходе которых якобы было установлено, что она совершила преступление, указанное в этом рапорте - это ст. 292 Уголовного кодекса.

После того как моей подзащитной было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. 292, в соответствии со ст. 102 Уголовно-процессуального кодекса была избрана мера пресечения и надлежащем поведении, то есть в соответствии по ст. 102 смысл данных действий, которые должна была совершать либо не совершать моя подзащитная, заключался в том, чтобы не покидать без разрешения суда место жительства, либо временное местонахождение, в назначенный срок являться по вызовам следователя в органы, производящие предварительное расследование, и иным путем не воспрепятствовать производству по уголовному делу. В дальнейшем в ходе расследования уголовного дела следователем на основании имеющихся процессуальных данных было принято решение о переквалификации действий Долгушевой на ч. 2 ст. 285 Уголовного кодекса. Соответственно, после того когда было предъявлено обвинение, мера пресечения в отношении моей подзащитной осталась прежней - подписка о невыезде. Соответственно, с возложенными на нее теми же обязательствами, что и ранее - не покидать постоянное место жительства, являться по вызовам следователя и не воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Далее. По окончании расследования уголовного дела следователь в соответствии со ст. 215 Уголовно-процессуального кодекса признал, что все следственные действия по уголовному делу проведены. А собранные доказательства достаточны для составления обвинительного заключения, и дело было направлено в суд. Сведений о том, что следователь давал поручения соответствующему подразделению проводить ОРД в отношении Долгушевой, в материалах дела нет, и сегодня они не представлены в судебном заседании, где рассматривается ходатайство об изменении меры пресечения. Однако представленное в судебном заседании постановление о проведении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд от 31 октября 2019 года содержит в себе данные о том… это из текста данного постановления - что в рамках оперативно-розыскного мероприятия «Наблюдение» получены дополнительные данные, подтверждающие использование бывшим министром сельского хозяйства и продовольствия Республики Марий-Эл своих полномочий вопреки интересам службы из иной личной заинтересованности, то есть о совершении ею преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 285. Уважаемый Суд, оперативные подразделения, я не знаю, действующие по каким-либо указаниям, по собственной инициативе, в рамках каких мероприятий, опять-таки ищет дополнительные доказательства виновности моей подзащитной в указанном преступлении - в том, в котором она обвиняется. Следовательно задается вопросом, а кто их, я имею в виду сотрудников оперативных органов, уполномочивал на то, чтобы в отношении Долгушевой проводились мероприятия, направленные на добычу тех доказательств, которые подтверждаю ее вину в совершении преступлений, предусмотренных ст. 285 Уголовного кодекса Российской Федерации. Следователь уже  сделал вывод, что имеющихся доказательств достаточно.

Так вот, кроме того, согласно этому постановлению, получены данные о склонении Долгушевой свидетелей к даче заведомо ложных показаний. При этом сотрудник УФСБ ссылается на ст. 11 федерального закона от 12 августа 1995 года. Вот при таких обстоятельствах представление таких данных, Уважаемый Суд, противоречит п. 3 ст. 7 указанного закона. Следовательно представлены документы не соответствуют требованиям, предъявляемым законом, а следовательно не могут рассматриваться ни в каком виде при решении заявленного ходатайства. Почему они противоречатданному закону - я уже сказал, что не было соответствующего поручения. Во всяком случае,  в представленных материалах мы таких сведений не видим. Более того, нет данных, которые в процессуальном порядке могут приниматься судом как основания изменения ранее избранной меры пресечения. Таковыми данными могут являться, например, показания лиц, полученные в соответствии с действующим законодательством. Уважаемый Суд, никто из участников этого разговора не показывает, не говорит, и нам не представлены такие сведения, о том, что Долгушева каким-либо образом оказывала воздействие или вообще совершала какие-то действия, направленные на нарушения, по мнению государственного обвинителя, закона. Нельзя рассматривать встречу указанных лиц и беседу как нарушение норм права со стороны Долгушевой, так как она угроз ни в чей адрес не высказывала, каких-либо выгод материального или иного плана никому не предлагала, никаких тайн следствия и судебном заседании не распространяла. Судебное заседание проходит в открытом режиме, результаты судебного заседания в том числе с полученными от свидетелей показаниями находятся в открытом доступе, в том числе и в интернет-пространстве на различных ресурсах. С учетом того, что судебное заседание проходит в открытом режиме, имели место факты присутствия в судебном заседании представителей прессы, которые освещали ход судебных заседаний, в том числе и с распространением информации об имеющихся показаниях в средствах массовой информации, которые доступны неопределенному кругу лиц. Следовательно вести речь о том, что Долгушева каким-либо образом могла использовать информацию, недоступную для недопрошенных в судебном заседании лиц, не соответствует действительности. Высказывания Долгушевой о том, что в судебном заседании свидетели представляют не соответствующие действительности сведения, это ее субъективное мнение, не влияющее на ход судебного заседания. И высказывания о том, что необходимо говорить в судебном заседании правду, это ее оценочное суждение относительно сведений, получаемых участниками судебного заседания. Следует также отметить, что встреча в указанном государственном обвинителе месте, где состоялся разговор по результатам которого было принято решение об изменении меры пресечения, состоялся не по инициативе Долгушевой, что также свидетельствует  о том, что ее действия в данном случае пассивны, не направлены на активные поиски способов воспрепятствования установления истины по делу, и воздействия на свидетелей в каком бы то ни было виде. Более того, нет сведений о том, что свидетели намерены давать в ходе судебного заседания ложные показания, в том числе и в указанных в ходатайстве государственного обвинителя интересов, то есть в интересах Маркелова.

Голословные утверждения государственного обвинителя о том, что Долгушева может скрыться от суда, об этом указано в ходатайстве, ничем не подтверждены. С апреля 2019 года, когда дело находится в суде, ни одно судебное заседание по вине Долгушевой не было сорвано. Долгушева не нарушает положение ст. 102 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. На время судебного заседания Долгушева проживает в городе Нижний Новгород, что само по себе свидетельствует об отсутствии у нее интереса к влиянию на исход дела, которое рассматривается  в судебном заседании более 6-ти месяцев. Таким образом предлагаемые государственным обвинителем ограничения прав и свобод Долгушевой в виде изменения меры пресечения на содержание под стражей, не оправданы публичным интересом, не отвечают требованиям справедливости, являются непропорциональными, несоразмерными и необходимыми для целей защиты конституционно значимых ценностей, они не соответствую действующему законодательству эти требования.

На основании изложенного прошу в удовлетворении заявленного ходатайства отказать. Более того, Уважаемый Суд, хочу высказать отношение свое к той записи, которая была представлена сегодня в судебном заседании, которую мы все прослушали. Уважаемый Суд, подсудимая Долгушева пояснила, что она не отрицает факт встречи 3 сентября 2019 года в указанном месте, однако Долгушева говорит о том, что разговор между указанными лицами состоялся в несколько ином плане. И та стенограмма разговора, которая представлена в судебном заседании, она не соответствует действительности. В частности, Долгушева обращает внимание, что в стенограмме указаны сведения о том, что якобы она от своего лица говорит о том, что у нее частые проблемы со здоровьем и ее удаляли из зала. Такие сведения содержатся на представленной распечатке…

Здесь в частности указано: индекс ИБ - это Ираида Борисовна, как следует из представленных документов - реплика относится к Ираиде Борисовне. Ираида Борисовна вспоминает, как проводились заседания суда. У Ираиды Борисовны не все хорошо со здоровьем, на заседаниях суда присутствовала с давлением 210. Вспоминает, что судья удалял из зала на ровном месте. Уважаемый Суд, данные сведения соответствуют действительности по отношению к другому подсудимому - к тому подсудимому, кто содержится под стражей. И именно об этом шла речь, о подсудимой другой. Поэтому те слова, которые интерпретируют как принадлежащие Ираиде Борисовне, ну они не соответствуют действительности. Отсюда можно сделать вывод только один, что там стенограмма, которая представлена в судебное заседание, по крайней мере, она не соответствует действительности тем сведениям, которые содержатся на диске, представленном в судебное заседание. С учетом того, что мы все сегодня слушали и слышали качество этого диска, нельзя достоверно утверждать, что то что предоставлено на стенограмме действительно соответствует объективным обстоятельствам  и действительно относится к тому предмету, а именно предмет здесь давления на свидетелей, и обстоятельства этого давления, которые интерпретируют моей подзащитной. Поэтому я считаю, что как минимум для того чтобы с точностью установить, что же содержится… вернее, скажем так, какая информация содержится на носителе, представленном в суд, и относится ли эта информация к тому, что моя доверительница оказывает давление на указанных свидетелей - необходимо провести как минимум специальные исследования. Для этого необходимо назначить экспертизу. И поэтому стороне защиты ничего не остается кроме как опровергать представленные вот эти сведения путем ходатайствования о проведении судебно-технической экспертизы, на разрешение которой поставить как минимум два вопроса: каков текст содержания на представленной фонограмме и соответствует ли этот текст той распечатке, которая представлена в судебное заседание. Ибо подсудимая Долгушева в судебном заседании сказала, что то, о чем они разговаривали, в принципе-то как бы не содержит истинные цели беседы. И поэтому я считаю, что как минимум ставить вопрос об изменении меры пресечения в отсутствии этих сведений, достоверных сведений, преждевременно.  Но я еще раз говорю, что мы возражаем против этого ходатайства. И в случае если все-таки  будет решаться данное ходатайство, прошу также рассмотреть и заявленные ходатайства, более того, что заявить такое ходатайство сторона защиты имеет право в любой момент судебного заседания. Поэтому расценивайте мое заявление как ходатайство.

Также я хочу сказать, что суд, соответственно, когда будет принимать решение об изменении меры пресечения в отношении моей подзащитной, прошу исходить из того, что  в случае если у суда все-таки возникнут основания к принятию соответствующего решения, рассмотреть вопрос об изменении меры пресечения моей подзащитной… на домашний арест. В связи с этим, Уважаемый Суд, я прошу чтобы к материалам дела были приобщены договоры безвозмездного пользования жилым помещением, который заключен между моим доверителем и гражданкой Сухановой Евдокией Николаевной, проживающей в г. Нижний Новгород, ул. Лопатина дом 5А кв. 118. Также прошу вас приобщить к материалам заявление с подписью Сухановой о том, что она не возражает предоставить свое жилое помещение для проживания Долгушевой Ираиды Борисовны  в случае если в отношении нее будет избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. И соответственно просим приобщить копию паспорта с копией свидетельства о государственной регистрации права на указанное жилое помещение. В случае если будет все-таки будет принято решение об изменении меры пресечения, и мы просим его изменить на домашний арест, мы также просим, чтобы в отношении Долгушевой Ираиды Борисовны были приняты меры ограничительного характера, которые бы сводились к тому, что был осуществлен запрет Долгушевой Ираиды Борисовны выход из жилого помещения, в котором она сейчас проживает за исключением посещения, соответственно, судебного заседания во время и дни, указанные судом, исключить возможность… исключить время нахождения в доме для посещения магазина, для приобретения продуктов питания и, соответственно, возможно, каких-либо медицинских учреждений. Спасибо.

СУДЬЯ: Приставы, передайте документы, пожалуйста.

Прокурор ПОТАПОВ:  Можно уточнить у защитника, если вы позволите?

СУДЬЯ: Нет.

Прокурор ПОТАПОВ:  Хорошо.

СУДЬЯ:  На разрешение участников процесса суд ставит первый вопрос - о приобщении к материалам дела документов, которые обозначил в своем ходатайстве защитник и его возражения, которые сейчас были изложены, в письменном виде. Это договор аренды жилого помещения, заявление собственника жилого помещения о согласии предоставления жилья для реализации в случае избрании меры пресечения домашнего ареста… копия паспорта, копия свидетельства о регистрации права на данное жилье. Долгушева, ваше отношение к данному ходатайству?

Подсудимая ДОЛГУШЕВА:  Считаю, что нужно приобщить.

СУДЬЯ:  Семенова?

Адвокат СЕМЕНОВА:   Поддерживаю позицию подзащитной.

СУДЬЯ: Подсудимый Маркелов, ваша позиция по поводу приобщения документов?

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Приобщить.

СУДЬЯ:  Кожанова?

Подсудимая КОЖАНОВА: Приобщить.

СУДЬЯ:  Проскурина?

Адвокат ПРОСКУРИНА:   Приобщить, Ваша Честь.

СУДЬЯ:  Шарафутдинова?

Адвокат ШАРАФУТДИНОВА:   Не возражаю.

СУДЬЯ:  Морозов?

Адвокат МОРОЗОВ:   Ваша Честь, считаю, что ходатайство основано на требованиях закона и прошу его удовлетворить.

СУДЬЯ:  Кукишев?

Адвокат КУКИШЕВ: Считаю необходимым приобщить.

СУДЬЯ:  Овсянкин?

Адвокат ОВСЯНКИН:   Аналогичная позиция. Прошу приобщить.

СУДЬЯ:  Государственные обвинители?

Прокурор ПОТАПОВ:  Не возражаю.

Прокурор ТРУСОВА:  Не возражаю.

СУДЬЯ: Выслушав мнения участников процесса, суд на месте постановляет заявленное ходатайство удовлетворить, приобщить возражения защитника адвоката Дмитриева к материалам дела в письменном виде, а также приобщить документы - копию паспорта Сухановой Евдокии Николаевной, титульный лист с адресом регистрации: Лопатина 5А кв. 118. Оригинал есть?

Адвокат ДМИТРИЕВ: Ваша Честь, в данном случае на сегодняшнюю минуту…

СУДЬЯ: Потому что я могла бы сама заверить при наличии оригинала.

Адвокат ДМИТРИЕВ: Что-что?

СУДЬЯ:  Оригиналов нет с собой? Свидетельство о государственной регистрации права - оригинал есть у вас с собой?

Подсудимая ДОЛГУШЕВА:  На данный момент нет, Ваша Честь, будут.

Адвокат ДМИТРИЕВ: Если они необходимы, то в течение 15-20 минут…

СУДЬЯ:  Светокопия свидетельства о регистрации, государственной регистрации права Сухановой Евдокии Николаевной, не содержащее удостоверение кем-либо данного документа. Заявление от имени Сухановой, что она не возражает представить квартиру, находящуюся в ее собственности, по адресу: Лопатина 5А кв. 118, подпись Сухановой, не удостоверена уполномоченным органом. Договор безвозмездного пользования жилым помещением от 9 сентября 2019 года между Сухановой и Долгушевой. Содержит подписи наймодателя Долгушевой.

Второй вопрос, который суд ставит на разрешение участников процесса, он был озвучен защитником в своем выступлении - это ходатайство о назначении судебно-технической экспертизы по тем вопросам, которые озвучил в судебном заседании. Долгушева, ваше отношение к данному ходатайству?

Подсудимая ДОЛГУШЕВА:  Поддерживаю ходатайство.

СУДЬЯ: Семенова, ваша позиция?

Адвокат СЕМЕНОВА:  Поддерживаю, Уважаемый Суд.

СУДЬЯ:  Маркелов, ваша позиция?

Подсудимый МАРКЕЛОВ: Я считаю,  что нужно назначить эту экспертизу, вообще установить - кто там, что там. Ваша Честь, поддерживаю назначение экспертизы.

СУДЬЯ: Кожанова, ваша позиция?

Подсудимая КОЖАНОВА: Поддерживаю.

СУДЬЯ:  Проскурина?

Адвокат ПРОСКУРИНА:  Поддерживаю.

СУДЬЯ: Шарафутдинова?

Адвокат ШАРАФУТДИНОВА:   Поддерживаю.

СУДЬЯ:  Морозов?

Адвокат МОРОЗОВ:  Ваша Честь, в своем выступлении защитник Долгушевой справедливо отметил, что сам по себе (нрзб.) об оперативно-розыскной деятельности является доказательством по делу, подлежит исследованию в судебном заседании. Уже на этих основаниях я считаю, что ходатайство о назначении фоноскопической экспертизы с поставленными защитником Долгушевой вопросами подлежит удовлетворению. Иначе вообще невозможно оценить данное доказательство. Тем более что при прослушивании, честно говоря, если я уловил отдельные слова, даже при всем желании, то это связать в общий разговор, в тему в течение 1 часа 5 минут, нам представлена выдержка из стенограммы всего лишь минут на 10, не более того, и того выхваченное из всего разговора, ставить… говорить о том, о чем состоялся разговор, между кем и когда, не приходится. Поэтому я считаю,  что данное ходатайство обоснованно и без его удовлетворения, без проведения экспертизы решать вопрос об изменении меры пресечения в отношении Долгушевой не представляется возможным.

СУДЬЯ:  Кукишев, ваша позиция?

Адвокат КУКИШЕВ: Да, Ваша Честь, я поддерживаю заявленное ходатайство. Полагаю, что дать оценку представленному доказательству в том виде, в котором мы его прослушали, не имеется никакой возможности. Длительность данной записи составляет 1 час 5 минут. Из них поддается … из них разборчиво не более 2-3 минут, вот как мы прослушали, вся остальная запись длительностью около часа неразборчива, и мы не можем установить содержание данных разговоров. Долгушева утверждает о том, что, кроме того, она просила Куклина говорить в случае его вызова в суд правду и только правду. Я расслышал там такие фразы, что надо говорить как есть, как есть так и говорить. Мы не можем определить, к чему эта относится фраза. Соответственно, полагаю, что без назначения проведения соответствующей экспертизы невозможно дать надлежащую оценку данному доказательству. Поэтому поддерживаю заявленное ходатайство.

СУДЬЯ:  Овсянкин?

Адвокат ОВСЯНКИН:   Уважаемый Суд, я также поддерживаю позицию своих коллег и считаю, что необходимо удовлетворить заявленное ходатайство защитника Долгушевой.

СУДЬЯ:  Государственные обвинители?

Прокурор ПОТАПОВ: Ваша Честь, тезисно только два аспекта. Первый - возражаем против удовлетворения ходатайства, поскольку данные материалы оперативно-розыскной деятельности, как и иные материалы в соответствии с требованиями УПК ст. 88, ст. 86 могут быть  использованы как относимые сведения при разрешении именно названного мною ходатайства. Это первое. Второе, с учетом пояснений самой Долгушевой, в настоящем судебном заседании о том, что она не отрицает факт встречи с Куклиным и беседы о ходе производства названного уголовного дела, считаю, что никаких оснований реальных для назначения фоноскопической, а тем более экспертизы, о которой говорил адвокат Морозов, однако его коллега не просил фоноскопию назначить, я полагаю, что в полном объеме оснований для этого нет и оснований, предусмотренных законом, также не усматривается.

СУДЬЯ:  Трусова?

Прокурор ТРУСОВА:  Также возражаю против заявленного ходатайства по доводам, изложенным коллегой.

СУДЬЯ: Выслушав мнения участников процесса, суд на месте постановляет поскольку основания, предусмотренных ст. 196 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, отсутствуют, с учетом установленных в судебном заседании обстоятельств, в том числе пояснений подсудимой Долгушевой относительно факта встречи и бесед, и предмета беседы с Куклиным 3 сентября 2019 года, суд не находит необходимым назначение судебно-технической экспертизы аудиофайла, содержащегося на диске CD-R, исследованного в судебном заседании 15 ноября 2019 года, поэтому в удовлетворении ходатайства о назначении судебно-технической экспертизы по вопросам, которые предложены заявителем ходатайства, суд постановляет отказать. Защитник Семенова, изложите ваше отношение к ходатайству государственного обвинителя.

Адвокат СЕМЕНОВА:  Уважаемый Суд, я поддерживаю позицию своей подзащитной Долгушевой  Ираиды Борисовны. Я считаю, что не имеет оснований для удовлетворения ходатайства гособвинителя об изменении меры пресечения на стражу. Прошу обратить внимание, что в данном случае стража относится к строгой мере пресечения. Нет доказательств того, что Долгушева воздействует путем уговоров дать показания в пользу подсудимого Маркелова. Мы слышали позицию Долгушевой, инициатором встречи, как она пояснила, она не являлась. О чем пойдет речь - она не подозревала и не догадывалась на данной встрече. Она лишь говорила о том, что надо говорить правду. Маркелов ей поручения не давал. И, Уважаемый Суд, необходимо обратить внимание, что доказательств обратному не имеется. Запись, которую мы сегодня прослушивали в судебном заседании, она достаточно неразборчива, содержание ее не совсем понятно. Поэтому говорить о том, что все эти факты имели место быть, я полагаю, невозможно. Что касается поведения Ираиды Борисовны, то она, я считаю,  надлежащим образом исполняла меру пресечения, которая ей была избрана в виде подписки о невыезде. Она неуклонно являлась в суд, ничего не нарушала, являлась на каждое судебное заседание, выполняла все требования, которые от нее требовались в суде. У Долгушевой есть мама, которая достаточно в преклонном возрасте, как она пояснила, ей 87 лет. И она нуждается в помощи. Все указанные обстоятельства говорят о том, что изменять на самую строгую меру пресечения в виде заключения под стражу - меру пресечения - оснований не имеется.

СУДЬЯ:  Суд предлагает подсудимому Маркелову изложить свое отношение к ходатайству государственного обвинителя.

Подсудимый МАРКЕЛОВ: Ваша Честь, я в зале судебного заседания в ходе допросов, что… и своего выступления говорил о том, что нужно допросить всех членов правительства республики, потому что каждый каждую неделю в пятницу - это был традиционный день, в 2 часа проводилось заседание правительства Республики Марий-Эл, на котором утверждались все решения правительства, и обсуждалась. И начинал заседание правительства я со слов, что все мои министры наделены полномочиями: «Ни за кого из вас  я не буду принимать законные решения, вы отвечаете. Никому из вас я никогда не поручал какое-либо принять решение, за которое с нас просят, с меня и вас. Поэтому применяйте все в соответствии с законом». На этом заседании правительства неоднократно ставился вопрос о недобросовестном выполнении обязанностей Александра Яковлевича Егошина, в частности, о его отказе участвовать в федеральном совещании. Александр Яковлевич это объяснял тем, что у него конфликт с министром сельского хозяйства России Федоровым, что он поэтому не будет ездить в Москву, что его как представителя национальности (нрзб.) унижают там как-то. И просил назначить другого чиновника. В связи с чем был назначен заместитель главы правительства Паршин. Александру Яковлевичу Егошину в присутствии других членов правительства неоднократно говорилось, что: «Александр Яковлевич, на вас идут многочисленные жалобы по поводу выданных субсидий». В частности, он сам подтверждал, что на него жалобы руководителя предприятия «Шойбулак», руководителя совхоза (нрзб.) и куча других. Я давал поручение после этого ему лично разобраться в этой ситуации  и не допускать задержку зарплат. И на заседании правительства я до всех членов правительства доводил, что Владимир Владимирович Путин участвовал в федеральном совещании, проводимом Министерством сельского хозяйства Ткачевым, на котором он на встрече с губернаторами каждому из нас поставил (нрзб.), что в случае задержки субсидий на счетах казначейств по вине Министерства сельского хозяйства… Департамента сельского хозяйства регионов, губернатор будет нести персональную ответственность. И это я доводил тоже на совещаниях. Поэтому обращаясь к вам, Ваша Честь, я тогда говорил: «Пригласите министров и спросите их, они вам все подтвердят, потому что все было как притча по языцех звучало все». Почему Ираида Борисовна когда сказала, что это моя просьба, может, она это и услышала, потому что (нрзб.) было сказано. Что касается взаимоотношений, понимаете, Ваша Честь, суд в Нижнем Новгороде, мне очень сложно объяснять, говорить о чем-то, потому что это все равно что на другой планете. В Марий-Эл - там все понятно, что, почему, все друг друга знают. Куклин выполнял обязанности главы правительства. Фактически губернатор - это человек, который больше представительских, политических функций выполняет (нрзб.) присутствие на совещаниях. (Нрзб.)… видно, из различных каких-то мероприятий, конференций, государственных советов, советов округов, и поэтому кто-то был осуществлять оперативное руководство. Именно Куклин оперативное руководство осуществлял. И отношения Куклина с министрами были как у начальника с подчиненными. Я вообще сомневаюсь, что Долгушева могла саама позвонить на мобильный Куклину. Я думаю, что вообще отсутствовало априори. Он очень недосягаемый для всех. И Кукин предупреждал всех  - никакого панибратства. В частности, он министров как раз и отчитывал. Я (нрзб.) к ним относился, а он мог проводить жестко. Поэтому я сомневаюсь, что Долгушева могла инициировать эту встречу. И в данном случае, Ваша Честь, я прекрасно понимаю, что (нрзб.), все прекрасно понимают, что происходит на самом деле. Теперь я хочу сказать, что мое уголовное дело началось с рапорта оперативного сотрудника ФСБ на имя начальника капитана службы безопасности, Федеральной службы безопасности, который написал рапорт своему начальнику, начальнику ФСБ, что установлено оперативным путем, что предприятие «Тепличное» стоимостью 20 млн. руб. продано за 210. В связи с этим в действиях признаки взятки. И с этого началось. Но то что предприятие стоит 700 млн., даже можно было запросить этому оперативнику, если у него таланты такие были, хотя бы справку БТИ, согласно которой  (нрзб.) предприятия оценивался - справка БТИ,  а это согласно постановлению правительства, подписанное Владимиром Владимировичем Путиным, по-моему,  в 2010 году или в 2012… в 2011 году подписан - кадастровая стоимость является рыночная стоимость. То есть рыночная стоимость только активов без движимого имущества, только недвижимого, составляла 1 млрд. 400. Как это можно оценивать в 20 млн. руб. - мне не представляется. С этого началось уголовное дело. Я боюсь, эта косая кривая запись, непонятно кто там говорит, о чем говорит, я слышал - ничего непонятно, и расшифровка не соответствует действительности. Адвокат говорил, к сожалению, я так и хотел сказать, что удаляли Кожанову, по состоянию здоровья, у нее 210, а не у Долгушевой. Если уж такие ляпы в расшифровке, что уж говорить про другое. Может, там вообще все нарезано. Поэтому состояние записи, качество таково, что без технической экспертизы вообще непонятно, кто о чем и что говорит. И все это было без контекста. Поэтому в данном случае на нее опираться, я считаю… А то что Ираида Борисовна встречалась - ну а что, они дни рождения вместе отмечают, им что, нельзя встретиться. У нас что, поход в ресторан считается криминалом. Тогда нужно было суду, я не хочу, Ваша Честь, ни в коем случае ваши полномочия, тогда нужно было, не знаю, при выборе меры пресечения сказать, что: «Ты не имеешь права ни с кем встречаться, ни с кем общаться». Наверно, Ираида Борисовна бы не встречалась, поскольку это не было сказано, я так понимаю, что ограничения - это подписка о невыезде, мера пресечения, передвигайся где хочешь, только ты в суд приходи, и суду сообщай. Я так понимаю. А встречаться можно со всеми угодно. Это когда домашний арест - тогда принимаются ограничения. То что Ираида Борисовна говорил, призналась, говорит, из разговора, то что на этой записи, Ваша Честь, ну она же правду говорит. Был Александр Яковлевич - он ушел. Абсолютно (нрзб.). Это человек, который был в тесных отношениях с Кривашем, у них был совместный бизнес. Он меня винит в том, что Денис, сын, покончил самоубийством. Это все знают, он открыто в республике высказывает. Потому что он считает, что я должен был принять его сторону, а я вообще не хотел какую сторону принимать. Я сказал, если у вас есть споры, идите в Арбитражный суд. А конфликт был по 40 млн. руб., Ваша Честь, это огромные деньги, почему я должен вмешиваться как глава в коммерческие споры. Егошина я отстранил, сказал не общаться с Кривашем, не заниматься хозяйственной деятельностью (нрзб.) пенсии. Он фактически на работу не выходил, на заседания не приходил. Я не мог давать ему никаких поручений и обращаться, человек абсолютно работал против меня. Он воспринял это как личную обиду. Когда Денис покончил жизнь самоубийством - трагедия большая, я скоблю, жалко парня, сколько раз его спасал… бывший работник прокуратуры…

Прокурор ПОТАПОВ:  Ваша Честь, вы меня простите, пожалуйста, я сейчас нарушу регламент судебного заседания, мы показания Маркелова по делу слушаем или разбирает отношениек ходатайству? Сейчас вот эти вопросы они никак относимости не имеют.

СУДЬЯ:  Присаживайтесь, государственный обвинитель.

Прокурор ПОТАПОВ:  Благодарю.

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Почему вы меня прерываете? Я знаю (нрзб.)

СУДЬЯ:  Маркелов!

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  … в протоколе. Вы же все говорите, Игорь Сергеевич, и я говорю.

Прокурор ПОТАПОВ:  (нрзб.)

СУДЬЯ:  Еще желаете что-то пояснить?

Подсудимый МАРКЕЛОВ: Вас послушать - тоже страшно.

СУДЬЯ:  Маркелов, желаете Суду что-то пояснить?

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Да, я поясняю Суду.

СУДЬЯ:  Поясняйте.

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Ваша Честь, понимаете, Александр Яковлевич считает оговор меня - он не считает преступлением и проступком каким-то. Он морально готов к тому, что я должен отвечать, поскольку я причина смерти его сына.

СУДЬЯ:  Вот обидно, что вы говорите про себя. А в той ситуации, которую мы разбираем сегодня - желательно говорить про Долгушеву.

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  А я перейду сейчас к Долгушевой. Понимаете…

СУДЬЯ:  Вот вы начинайте с Долгушевой. А вы начинаете опять про себя. Хотя бы в этом отношении не обижайте ее сегодня.

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  А я разве кого-то когда-то обижал? Я просто хочу чтобы вы меня услышали.

СУДЬЯ:  Потому что вы про себя говорите, а не про нее.

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Да я ее защищаю!

СУДЬЯ:  Как будто в этом процессе кроме вас вообще никого нет!

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Она как правильный человек, зная всю эту ситуацию, говорит Куклину, что: «Вы же знаете что там за ситуация была» - Куклину. «От вас никто ничего не требует, скажите правду» - все боятся правду говорить. Ваша Честь, никогда Долгушева никаких поручений от меня по поводу подготовки писем Кривашу не получала. По одной простой причине, что 21-го числа, это был день моей инаугурации, ко мне вообще никто не обращался. До этого я находился, как я говорил, на выезде в Сочи с главой государства.

СУДЬЯ:  Маркелов, пожалуйста, присаживайтесь.

Адвокат КУКИШЕВ: Разрешите вопрос.

СУДЬЯ:  Поскольку вы отвечаете не по существу заявленного государственным обвинителем ходатайства об изменении меры пресечения Долгушевой. По причине того, как утверждает в своем ходатайстве прокурор, что она воздействует на свидетелей, а вы рассказываете о характере ваших взаимоотношений с Егошиным, суд вас прерывает и предлагает вам присесть. Я вам еще раз предоставлю возможность высказать свою позицию по заявленному ходатайству, но если только в будете сообщать суду свою позицию именно по заявленному ходатайству. Кожанова, изложите ваше отношение к заявленному ходатайству.

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  (нрзб.) меня дергают, Ваша Честь, вы мне не дали сказать.

СУДЬЯ:  Говорите потому что совсем не о том.  Кожанова, ваше отношение к ходатайству государственного обвинителя об изменении меры пресечения Долгушевой? Согласны, возражаете?

Подсудимая КОЖАНОВА:  Я хочу сказать, что заключение под стражу является самой строгой мерой, которая у нас применяется к подсудимым. И то что делается по отношению к пенсионерке моего же возраста (нрзб.) - это просто издевательство. Издевательство со стороны наших органов, которые вместо того чтобы ловить настоящих преступников, ловят пенсионеров. Потому что мы самые беззащитные. Потому что мы никого не убьем, не выстрелим ни в кого, ничего с ними не сделаем, никого не подкупим. Она - пенсионерка, как я. Я тоже не в состоянии никого подкупить, у меня нет денег на это. И когда вот так человека не за что закрывают - я считаю, это подлость со стороны наших органов. Особенно со стороны тех, кто пишет вот эти доносы. Так и мной донос написан, я тоже могу вам свой донос зачитать, который, в принципе, не соответствует действительности и который неоднократно ложился в стол, в дело, чтобы закрыть меня под стражу. Теперь таким же образом вы хотите закрыть Долгушеву. Это же… по-другому нельзя назвать, мы жертва, очередная жертва нашего правосудия, ради того, чтобы доказать то, что не хотят … доказать. А где правда? Где справедливость? Когда-нибудь мы будем говорить об этом? Вы когда-нибудь вспомните мои слова, что вы творите тут. Потому что беспредел, я еще раз хочу сказать, она не заслужила. Вы посмотрите, человек работал всю свою жизнь (нрзб.), заработал этим, теперь она, оказывается, становится преступницей. Я тоже всю жизнь работала, на зарплату, я жила на зарплату, но я сижу по коррупционной статье. Ее тоже обвиняют за какие-то три справки. Но это же не преступление, что надо закрывать. Вы понимаете или нет. Почему… я могу, например, пример привести, что я два года просидела в СИЗО, я ни с одним настоящим преступником не встретилась. Потому что там вокруг меня нормальные люди. (Нрзб.) в больницу, меня ведут охранники только чтобы (нрзб.)… Мужчины, я их (нрзб.) назвала, потому что… И меня спрашивают: «Какая у тебя ходка?» - меня спрашивают. А я говорю: «А вы?». «А он тоже под судом, только под подпиской». Я говорю: «А почему вы под подпиской?» - «Потому что (нрзб.)». А человек здоровый, Долгушева здорова. Давайте всех сажайте нас. Мы заслужили на старости лет сидеть. Потому что вы трусы, вот я вам что хочу сказать. Потому что вы подчиняетесь всем вот этим действиям безмозглым, которые в нашей стране творятся. Почитайте, сколько людей здесь (нрзб.). За что? За то что мы хотим жить как нормальные люди. Что я, воровала? Вы даже имущество не смогли арестовать, потому что его нет. А я по коррупционной статье сижу. Спасибо вам за заботу о моей обеспеченной старости. Так же Долгушеву вы хотите обеспечить. А сколько государство денег (нрзб.)? Вот (нрзб.) что я сижу. Правящий корпус, мы (нрзб.) воспитаны. Да вы спросите, сколько она всего сделала на своем посту. Как она работала! Честно, порядочно работала. И я знаю (нрзб.) у нас республика благодаря этому в коем веке ожила, а теперь мы сносим (нрзб.). Я говорю, я уже знаю, как вы здесь живете. А же тоже вижу и рассказывают - и работы нет, и денег нет, ничего нет. Но мы (нрзб.). В общем, я категорически против. Я считаю, что это беспредел. И то что вы делаете, вы делаете не ради справедливости, не ради нашего государства, а вопреки. Потому что государств нашему от этого только плохо, потому что мы с вами (нрзб.) подчинялись каким-то там установкам сверху. Ведь это ФСБ все сделало, вы же знаете почему. Вот надо его закрыть. Ну хорошо, (нрзб.) на самом деле найти эти преступления. А зачем его искать? Вы надеялись, что я, например, сдам, что она теперь сдаст, если ее закроют. Вы же на это надеялись? Я лично за себя, что меня закрыли потому что я должна была дать показания. Теперь от нее хотят получить таким же образом. (Нрзб.) все показания дала, и говорить нам нечего. Я говорю, я только что могу сказать, что, к сожалению, у каждого человека есть своя совесть. Так вот у кого нет совести - у того души. А раз нет у человека души - это нелюди. А вот мне, например, не стыдно, я ничего в своей жизни плохого не сделала. И за Долгушеву я могу поручиться, я точно знаю, что этот человек порядочный. То что сделано - ну хорошо, (нрзб.) - но это же не преступление. Ну я не знаю, я не судья, я вообще считаю, что судить здесь - это очень сложно. Я могу только про себя сказать, что я ничего не сделала, да и она тоже, наверно,  также можно сказать.  Я точно знаю, что если бы было преступление, я бы никогда этого не совершила, если бы я видела, что там хоть на вот столько преступления. Поэтому, конечно, о себе говорю, потому что в первую очередь за себя отвечаю. Я считаю, что каждый думает в меру своей испорченности. Вот если (нрзб.) человек порядочный, я знаю, что она не заслуживает такой участи, которую вы ей уготовили, а вы еще даже никто не хочет учесть, что мы попадаем в СИЗО, которое не соответствует никаким нормативам. Даже вот (нрзб.) наше СИЗО в международный скандал. Какие международные скандалы? Я вам говорила, что там (нрзб.) условия. Вы что, меня не слышите? Там крысы бегают, мыши бегают, температур там вообще 12-14 градусов максимум. Я в пальто там сижу в камере в этой. Есть там нельзя, эту пищу категорически, она не для наших желудков пенсионерских. Еще, может, по молодости смогли что-то есть, а вот когда пенсионерка - она даже есть ничего не сможет. А я питаюсь кашами. В результате у меня проблемы уже давным-давно. То что у меня здоровье… Со мной же там, да, спасибо, со мной там чего-то (нрзб.)… Потому что они уже больше не выдерживают, они видят, что мы больные, что нас надо в какие-то другие условия. Все это понимают. Но тем не менее, мы сидим - вы сидите. Я очень давно готова объявить голодовку (нрзб.) в знак протеса. Вот это я хочу сказать - знак протеста. Потому что я протестую против такого отношения к людям, потому что вы не уважаете людей, вы не думаете о том, какую боль вы причиняете. Причем ладно я (нрзб.), а остальных? Родственники как будут реагировать? Какового это? И сидят, пальцем еще показывают. Потому что  у нас начинается, вот сегодняшний случай, почему я сегодня так (нрзб.), кто-нибудь спросит. А потому что покажут по телевизору, скажут: «Вот преступница». А вы доказали, что я преступница? Я на сегодняшний день, например, вообще невиновной считаюсь, и Долгушева считается невиновной. Потому что никто еще не осудил, а вы уже затаптываете, вы уже меня наказали, причем для женщины строгий режим вообще сейчас уже не предусмотрен. Но вы же в строгий режим закатываете. Что такой СИЗО - это строгий режим, это самый строгий режим, это 24 часа  ты не можешь выйти из камеры. Да, я (нрзб.), я больная стала, это все поэтому. Меня уже довели, вы хотите ее еще довести. Вот я говорю, сакральная жертва. (Нрзб.), еще надо доконать. Меня уже доконали, да, я больная. И ненормальная, может быть, и говорю вам слишком много. Но это единственное могу уже сказать. Поэтому я буду говорить и буду сопротивляться. Потому что я категорически против вот такого обращения с людьми. Тем более я считаю, что преступников настоящих слишком мало задерживаю, я их мало вижу. Я вижу только людей, которых некуда не берут, понимают, что они невиновны, но их не берут никуда. Их хватают. (Нрзб.) убежал. А преступников бояться ловить. А вдруг они стрелять начнут. Все, я категорически считаю, что надо в ходатайстве прокуратуры отказать, и такие вещи делать с людьми такого возраста…Могу еще один момент привести. Когда я сидела в СИЗО-6 г. Москвы, очень много было из стран нашего СНГ. И что мне всегда говорили эти женщины? Они говорили, что у них в Таджикистане, в Казахстане, в Киргизии, в Узбекистане  пенсионеров вообще за решетку не садят. Так они, оказывается, более цивилизованные чем мы. Вот как делают. А мы уже (нрзб.)… не знаю кого. Так что вот извините мое (нрзб.).

СУДЬЯ: Маркелов, пожалуйста, что по существу ходатайства об изменении меры пресечения.

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Вы извините, что я так про Егошина говорил, я просто хотел сказать, что человек вас обманывал. Он руководил министерством, а Долгушева выполняла все его поручения (нрзб.). И то что говорила здесь Ушакова в отношении Долгушевой - это абсолютно неверно. Прикидываются овечкой. У них были отношения, она сама эти… Ладно, да, про это говорить не хочу. Теперь про Ираиду Борисовну. За все время работы с Ираидой Борисовной, я могу так сказать, что и повода не было ее за что-то отчитывать. Она очень исполнительный человек, она очень работоспособный человек. Характеризую ее только положительно. Ее когда назначали министром, когда Егошин (нрзб.), приехали главы администрации, делегация, его просили убрать, а ее назначить. Она со всеми находит общий язык. Ваша Честь, если вы ей просто сказали, извините (нрзб.): Ираиде Борисовне не общаться ни с кем, запрещено - и она бы выполнила все как есть. Сказали бы жить, только на субботу, воскресенье выезжать - она бы была в Нижнем, сидела бы в этой квартире, никуда не выезжала. Понимаете в чем дело, у нее (нрзб.), у нее мама, за которой она ухаживает, 87 лет. Просто арест убьет пенсионерку, в глубоком возрасте таком просто убьет. И я не знаю как Ираида Борисовна выдержит сейчас, зачем ее в таком возрасте преклонном… Статья ни о чем, и справки там все легальны. Мы выяснили, что там нет никакого состава. Ладно, кто-то бы прибыль получал. И самое главное, не выдавал эти справки (нрзб.) запрос писал, а ему отвечали в соответствии с запросом. Ничего более, ничего она не совершала. Она исполнительный человек. Вы ее пожалейте, ну зачем, если уж вы хотите ограничить ее поездки в Йошкар-Олу, чтобы она ни с кем не общалась, ну адвокат нашел нормальный выход - домашний арест, уж если хотите. Пусть она здесь. Но не мучайте ее, не пытайте. Следственный изолятор - это реальные пытки. Я каждый раз хочу сказать про Кожанову, мне не дают. Ее все знают, они просто с трепетом относятся, они знают, какие приступы, она не спит три ночи подряд. Я слышу ночью, просыпаюсь, что у Натальи Игоревны приступ. Достучаться до врача невозможно. Это надо… она… там 1600 человек, она бегает по всем, когда она там к тебе придет. Там столько больных различных. Зачем ее сейчас в таком возрасте помещать в такие условия, тем более она выполнила все требования государства. Запретит суд общаться вообще со всеми кроме родственников - она не с кем общаться не будет. запрети выезжать из Нижнего Новгорода - она не будет никуда выезжать. Вы лишаете ее сейчас свободы, помещая в следственный изолятор. Это просто реальная пытка и наказание. Я считаю, Ваша Честь, это необоснованная мера пресечения, тем более что доказательств никаких нет, реально не можем причитать… Я почему про себя говорил, я сказал (нрзб.), пошел, пошел, пошел -  а потом уже отступать некуда (нрзб.) доложили, что стоит 20, а продали за 250. Здесь такая же история. Вот там была встреча, она не отрицает, она суду все рассказывает - да, была встреча. А о чем - непонятно. Из-за того чтобы была встреча такая - я считаю, нет причин, безобидный разговор, отмечали там день рождение, не знаю, какое-то мероприятие, встретиться, что тут такого. Пенсионеры встретились, все трое пенсионеры. Поэтому в данном случае ни в коем случае, я категорически против, возражаю против ходатайства прокурора, считаю его необоснованным, негуманным. И задача у этого ходатайства - просто ее спалить окончательно, понимаете, чтобы она давала любые показания. Все, больше ничего нет. Ведь была ст. 292, и она прекратилась, поскольку давность. Ираида Борисовна признала вину свою, чтобы отстали от нее, хотя вины никакой не было. В справках заниженные объемы финансирования - заниженный период. Там гораздо больший период был. Зачем тогда писать предприятию невыгодные условия для предоставления кредита. Ни один банк никогда по этой справке… дополнительные условия не выполнит. Они диктовали сами - какие надо, такие Криваша и просили справки. О каком периоде запрос делали, ему министерство отвечало. Какая-то переписка, письма, никогда этого не было. Ираида Борисовна шла навстречу предприятиям, поскольку предприятия (нрзб.), и отвечала ровно так как было написано в запросе предприятия. Никакая это не фальсификация. Банк получил проценты, прибыль до сих пор получает под 12% годовых и субсидируют государственную ставку процентную. Прибыль получает. Какая тут 285-ая, какие убытки, кому причинен ущерб? Если кому-то и причинен ущерб, так это нам, кто сидит за решеткой, в данном случае следствие, а никак не Ираида Борисовна. Поэтому пощадите ее, проявите гуманность. Я считаю, что если уж суд пойдет навстречу, ну никак не… домашний арест - крайняя мера. А так она исполнительный человек. Спасибо. Извините за эмоции, я хотел просто товарища этого Егошина (нрзб.), ведь ложь говорит.

СУДЬЯ:  Товарища Егошина охарактеризуете в другом судебном заседании, когда будете высказываться по существу обвинения в полном объеме. Пожалуйста, присаживайтесь. Морозов, ваше отношение к заявленному ходатайству.

Адвокат МОРОЗОВ:  Ваша Честь, я поддерживаю выступающих перед мной моих коллег в защиту Долгушеву, моих коллег адвокатов защитников, эмоциональное выступление Кожановой и то, что сказал Маркелов. Чтобы не повторяться, разрешите мне дополнить еще. Я не буду повторять доводы, которые говорились, я их полностью поддерживаю. Но со своей стороны считаю необходимым обратить ваше внимание на следующее. Значит, я уже и вчера, и сегодня заявлял о том, что результаты оперативно-розыскной деятельности они саами по себе не являются доказательствами, и соответствие прокурора Потапова о том, что там имеются какие-то сведения, и они могут использоваться защитой, я считаю, они основано на законах. И тем более поскольку ходатайство прокурора Потапова не основано уже на этих требованиях закона, которые ему прекрасно известны, я считаю, что он заранее и умышленно подталкивает суд к принятию неправосудного решения на данной стадии судебного заседания. Далее. Ваша Честь, вот мой коллега в своем выступлении обращал внимание, что требование закона следующее, что даже если используется в процессе аудиозапись, то должно быть установлено, кем, когда и при каких обстоятельствах она произведена. Из того что мы имеем, представлено, потому что это еще недопустимое доказательство (нрзб.) неустановлено, кем сделана эта аудиозапись, при каких обстоятельствах, тем более в своих показаниях Долгушева в пояснениях говорит о том, что инициатором данной встречи была Григорьева, и именно по инициативе Григорьевой пришел на встречу Куклин, которому все известно по обстоятельствам дела. Сам факт встречи Долгушевой, который она не отрицает, с Куклиным и Григорьевой - я считаю, что это не является свидетельством того, что она пыталась воспрепятствовать производству по уголовному делу. Потому что для того чтобы говорить, утверждать следующее, что путем воспрепятствования, надо установить, что было на этой встрече. К сожалению,  в судебном заседании в связи с отказом суда в удовлетворении ходатайства о производстве фоноскопической экспертизы по делу нам не удалось установить содержание  данной встречи от начала до конца. Кроме того в судебном заседании не допрошены Григорьева, инициатор данной встречи, сам Куклин по обстоятельствам данной встречи и вопросам, которые обсуждались, в том числе и по вопросам, оказано ли было какое-либо давление на свидетеля Куклина. Не допрошен в судебном заседании и оперуполномоченный Чепунов, который составил справку по результатам ОРМ, (нрзб.) из его справки тоже неизвестно - кто проводил эту запись, при каких обстоятельствах она произведена. Представленная аудиостенограмма, аудиозапись подписана от имени какого-то начальника подразделения неизвестным лицом. Пояснений об этом - кто составил этуаудиозапись и почему суд должен руководствоваться этой аудиозаписью, этой стенограммой при принятии решения об избрании меры пресечения, мы здесь никаких доводов не получили.

Теперь переходя уже непосредственно… Но вместе с тем я хочу обратить внимание еще и на следующие факты. В своем ходатайстве прокурор Потапов ссылается на ст. 97 УПК, которая якобы предоставляет право при … основания для избрания меры пресечения, в том числе и основания для изменения меры пресечения. Позвольте мне напомнить, (нрзб.) первое. В своем ходатайстве прокурор утверждает об этом, однако как правильно заметил мой коллега, что никаких доказательств, что Долгушева собирается скрыться от следствия, в ходатайстве и в его выступлении не приведено, значит этот довод не обоснован, который (нрзб.). Может продолжить заниматься преступной деятельностью - здесь об этом вообще не упоминается в судебном заседании. А дальше идет следующее - может угрожать свидетелям. У нас таких доказательств тоже не представлено. Иные участники… уничтожить доказательства - об уничтожении доказательств тоже нет разговора… либо иным путем воспрепятствовать производству по делу. Давайте внимательно остановимся на этом обстоятельстве, которое законодатель рассматривает - воспрепятствование производства по делу - это как минимум оказание давление на свидетелей каким-либо путем. Далее. Вот даже в своем ходатайстве прокурор пишет, что Долгушева оказывала на Куклина воздействие путем уговора. Ваша Честь, ну, он не утверждает о том, что путем давления. Это только пишет. Я сейчас скажу насколько далее это соответствует действительности. Это общие слова в ходатайстве. Далее, лица обсуждают ход расследования настоящего уголовного дела, обсуждают линию поведения и защиты в ходе предстоящих судебных заседаний. Ваша Честь, это никаким законом не запрещено обсуждать линию поведения и защиты в ходе предстоящих судебных заседаний. Это никак не воспрепятствование уголовному процессу, поскольку подсудимым разрешено защищаться любыми путями, которые соответствуют закону. Обсуждать линию поведения - да мы постоянно со своими подзащитными обсуждаем линию поведения. Это что, после этого брать их под стражу, после того  как они обсудили с нами линию поведения? Я считаю, это вообще выпадает из общих оснований для изменения меры пресечения и воспрепятствования производству по делу. А дальше пишется: Долгушева якобы склоняет Куклина к даче показаний, которые бы опровергли бы показания ранее данные Егошиным и Ушаковой. Ваша Честь, из стенограммы, а тем более из не прослушанной по сути дела аудиозаписи я не услышал ничего, что что-либо говорило бы о том, что Долгушева уговаривала Куклина дать показания, которые бы опровергали бы показания Ушаковой. Ушакова вообще упоминается в аудиозаписи только в части того, что она там долгоработала и не  более того, и какие она давала показания. Тем более основополагающие показания Ушаковой, на чем выстраивает свою позицию государственное обвинение, это показания о якобы необоснованных и приоритетных выплатах субсидий «ПТФ Акашевская», не более того. Так вот об этом нет разговора ни в аудиозаписи, ни в стенограмме - Ушакова. То есть, Ушакова - это тоже просто добавлено для усиления вопросов о том, что якобы препятствование следствию. Ничего подобного в стенограмме нет.

Далее. Вот что касается вопроса Егошина. Насколько эта стенограмма, которая, я не знаю, соответствует она, либо не соответствует самой записи, я выписал, о чем говорит Долгушева. Она говорит, что если вас вызовут, то всего лишь на всего подтвердить, что у Александра Яковлевича, я так понимаю, Егошина, с Кривашем были близкие отношения. Она просит подтвердить, а не так как утверждает в своем ходатайстве прокурор Потапов - дать ложные показания. В связи  с этим я не поленился, заглянул, какие показания дал Александр Яковлевич Егошин ранее в это судебное заседание в части так сказать своих отношений с Кривашем. Чтобы понять, а что можно было опровергнуть и что повлияло на ход предварительного расследования.

Вот прокурор Потапов: «Все вопросы, касающиеся «Птицефабрики Акашевская», с кем обсуждал Криваш - с вами или с кем еще?».

Егошин: «Каждый исполнял свои служебные обязанности, ну как типа здороваешься с человеком, поздороваешься, спросили друг друга: как там, как там. Такое общение было, без этого уже нельзя».

Потапов: «Как часто происходило такое общение, вы можете рассказать?»

Егошин: «Ну часто, если…»

Прокурор ПОТАПОВ:  Мы показания знаем, можем, по существу. Вы меня простите, пожалуйста. Мы это слышали.

Адвокат ДМИТРИЕВ: А кто вам давал право перебивать!

Прокурор ПОТАПОВ:  Вы не Долгушеву защищаете сейчас. Я прошу прощения.

Адвокат МОРОЗОВ:   Ваша Честь, я должен выслушать товарища государственного обвинителя?

Прокурор ПОТАПОВ:  Я вам не товарищ.

Адвокат МОРОЗОВ:   Чего вы сказали?

Прокурор ПОТАПОВ:  Вам я конкретно не товарищ.

СУДЬЯ:  Может, я пойду, а вы разбирайтесь. Разбирайтесь сами, принимайте решения.

Адвокат МОРОЗОВ:   Спасибо, что вы сказали, я сам хотел давно сказать, что…

СУДЬЯ:  Мне не надо говорить «спасибо». Вы выступаете…

Адвокат МОРОЗОВ:   Выступаю.

СУДЬЯ:  Если у вас появилась возможность продолжить свое выступление - выступайте. Но я тоже обращу ваше внимание: не надо цитировать протоколы судебного заседания, они есть в деле.

Адвокат МОРОЗОВ:   Прекрасно, Ваша Честь. А как тогда я могу говорить о том, о чем  просила Долгушева…

СУДЬЯ:  Это вы додумываете то, о чем она просила.

Адвокат МОРОЗОВ:   Вот какие показания говорит…

СУДЬЯ:  Вот есть  в стенограмме текст, который вы процитировали, и не  нужно его додумывать.

Адвокат МОРОЗОВ:   А чего додумывать? Я зачитываю, какие показания давал Егошин  в части своих отношениях с Кривашем.

СУДЬЯ:  Я еще раз повторю, не нужно цитировать протоколы судебного заседания.

Адвокат МОРОЗОВ:   Ваша Честь, вы считаете, что это не является доказательством по делу, что записано в протоколе?

СУДЬЯ:  Я сказала то, что я сказала.

Адвокат МОРОЗОВ:   Понятно.

СУДЬЯ:  Все остальное - ваша интерпретация и предположения с фантазией. О том что я думаю, я вам не озвучивала. Относится это к доказательствам или нет, я вам не озвучивала.

Адвокат МОРОЗОВ:   Ваша Честь, я могу зачитывать дальше какие давал показания Егошин в ходе  предварительного расследования?

СУДЬЯ:  Изложите свое отношение по заявленному ходатайству. И у меня просьба к государственному обвинителю не перебивать выступающего участника. То же самое я всегда требую от стороны защиты и подсудимых - не мешать вашему участию в судебном заседании при допросах. Потому что вот эти перепалки они съедают наше время. Пожалуйста, Морозов, продолжите.

Адвокат МОРОЗОВ:  Так вот, Ваша Честь, других вопросов у обвинения и суда к Егошину касательно взаимоотношений с Кривашем не возникало в ходе его допроса. На этом все было закончено. Таким образом вот говорить о том, что обращение Долгушевой в ходе разговора с Куклиным о том, чтобы он подтвердил отношение Егошина с Кривашем, касаются только этой части. Но Егошин сам подтвердил свои более-менее близкие отношения с Кривашем, заявляя о том, что он тоже был и на свадьбе у дочери Криваша, наверно, (нрзб.). Поэтому я считаю,  что вот данный факт - единственный, который есть в этой стенограмме. Не свидетельствует о том, что Долгушева пыталась каким-либо образом воспрепятствовать производству по делу.

Далее. Даже в своем ходатайстве прокурор пишет о том, что она может воспрепятствовать производству по делу. То есть, он считает, что даже после совершения данной этой встречи Долгушева никак не воспрепятствовала производству по делу. Ваша Честь, характер отношений Долгушевой и Егошина, личный или служебный, на обвинение Долгушевой, Маркелова, Кожановой, которые по части получения взятки за выделение субсидий, да, ну какое это имеет отношение вообще. Вы что, когда будете принимать решение, будете главное писать это - какой был характер этих отношений. Смешно даже говорить. Поэтому я считаю, что оснований обращения прокурора Потапова к вам с ходатайством о изменении меры пресечения к Долгушевой, носят надуманный характер. И здесь, конечно, в своем выступлении Кожанова во многом, может быть, и права.

Далее. Ваша Честь, хочу обратить внимание, что прежде всего при решении повопросу об избрании меры пресечения, в том числе и продлении меры пресечения, должна быть (нрзб.) исследован вопрос обоснованности подозрений, в данном случае Долгушевой в совершении преступлений. В настоящее время судебное заседание уже, по сути дела, закончено у нас, которое инкриминируется Долгушевой. Допрошены все свидетели по этим обстоятельствам, очевидно даже в части исследования вещественных доказательств - письма и так далее и тому подобное. Я не буду говорить об объективной стороне преступления, сегодня не это. Я хочу сказать только о том, как описан якобы причиненный существенный вред действиями Долгушевой. Кроме как… только в данном случае приходит только на ум, как обычно говорит наш президент Путин - «бред какой-то». Вот именно… Поэтому это надуманное обвинение данное, на сегодняшний день это совершенно очевидно. Кроме того, избрание меры пресечения в виде содержания под стражей допускается только в случае невозможности применения иной меры пресечения, не связанной с лишением свободы. В своем ходатайстве прокурор Потапов пишет о том, что он соблюдает Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, соблюдает принципы разумной необходимости ограничения прав и свободы подсудимой. Но правильно, как человек заслуженно, человек всю жизнь проработавший, имеющий трудовую книжку, на пенсии, сейчас в данный момент лишить ее свободы, именно связанное с лишением свободы, каких интересов, в интересах кого. Я думаю, что в данном случае защиты Долгушевой совершенно права, когда говорит: даже если вы примите, к вопросу о необходимости изменения меры пресечения, к чему вас подталкивает государственный обвинитель, я считаю, что в данном случае назначение и изменение меры пресечения на арест - это никак не будет связано с утверждением принципов разумной необходимости ограничения прав на свободу подсудимой Долгушевой, в том числе на соблюдение Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Если уж говорить о том, что она и может воспрепятствовать производству по делу, то избрание домашнего ареста без выезда в Республику Марий-Эл, где находится основная и главная свидетельская база, свидетели, которые допрошены или не допрошены. Этого вполне будет достаточно, даже если вы придете к такому выводу. Поэтому я считаю, что ходатайство прокурора Потапова не основано на требованиях закона. В подтверждение данного ходатайства не представлено допустимого и достаточного доказательства, которое требуется при этом, утверждающее о совершении Долгушевой действий, направленных на воспрепятствование уголовному делу. Если же вы придете к решению вопроса об изменении меры пресечения, то прошу вас удовлетворить ходатайство защитника Долгушевой. У меня все. Спасибо.

СУДЬЯ:  Присаживайтесь. Защитник адвокат Кукишев, изложите свою позицию по заявленному ходатайству.

Адвокат КУКИШЕВ:  Да, Ваша Честь, я полагаю, что ходатайство стороны обвинения на основании тех материалов, которые были представлены стороной обвинения и исследовались судом, не может быть удовлетворено в связи со следующим. Стороной обвинения не представлено никаких документов о том, кем, с помощью какой аппаратуры и каким образом производилось вот это оперативно-розыскное мероприятие, что, кстати, является обязательным в соответствии с законом «Об оперативно-розыскной деятельности» и требованиям УПК РФ. То есть представить сведения о том, кем, как, с помощью какого оборудования данное ОРМ производилось. Почему в данном случае это имеет существенное значение для данного вопроса. Если данное ОРМ производилось оперативным сотрудником с помощью какого-то оборудования, размещенного в зале кафе - это одна ситуация. Если же данная запись производилась свидетелем Куклиным с помощью оборудования, врученного им сотрудниками ФСБ- то это совершенно другая ситуация. Почему - потому что из стенограммы у нас следует, что инициатором данной встречи был именно Куклин. И в случае если данная запись производилась именно Куклиным с помощью технических средств, врученных ему сотрудниками ФСБ, следует, что Куклин действовал по заданию сотрудников ФСБ, инициировав данную встречу и, соответственно, эта встреча является ничем иным как провокацией со стороны правоохранительных органов с целью получить от Долгушевой соответствующие слова и получить основания для изменения меры пресечения. В связи с чем не исследовав вопрос о том, каким образом были произведены эти оперативно-розыскные мероприятия и не допросив Куклина о причинах инициирования им данной встречи, и Григорьевой об обстоятельствах, при которых она связывалась с Долгушевой и опять-таки приглашала на данную встречу, полагаю невозможно, поскольку в данной ситуации не исключена провокация опять-таки со стороны ФСБ данной встречи и, соответственно, выведение Долгушевой на соответствующие разговоры, при которых прозвучали от нее такие фразы. Кроме того, полагаю, что нет условий и оснований для изменения меры пресечения, предусмотренной п. 3 ст. 102 УПК РФ и п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ. Что здесь я имею в виду. В соответствии с п. 3 ст. 102 УПК РФ, условия такой меры пресечения как подписка о невыезде является не препятствование иным путем к производству по уголовному делу. Соответственно, ключевым для данного вопроса является - можно ли действия, совершенные Долгушевой, интерпретировать как препятствование производства уголовного дела. Что понимается под препятствованием уголовному делу, производству по уголовному делу. В отношении свидетелей - п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ, а также названное ранее Постановление Пленума Верховного суда «О практике применения меры пресечения в виде заключения под стражу» - иное препятствование к производству по уголовному делу понимается не иначе как наличие в отношении свидетелей угроз, либо предложение выгод материального характера. В представленных материалах нет сведений о том, что со стороны Долгушевой были высказаны Куклиным какие-либо угрозы, либо Куклиным б были предложены какие-либо выгоды материального характера. Поэтому  полагаем, что предусмотренных законом оснований для изменений Долгушевой меры пресечения не имеется, поскольку те действия, которые  она совершила, не являются препятствием к производству по уголовному делу. Полагаем, что та фраза, которая есть на записи о том, что она просит Куклина говорить так, как есть, так и говорить. То есть просит Куклина говорить именно правду по делу - не может являться и не может расцениваться судом как препятствие к производству по уголовному делу. В связи с этим прошу отказать в удовлетворении ходатайства стороны обвинения, и поддерживаю ходатайство, заявленное стороной защиты. Все.

СУДЬЯ: Проскурина, ваше отношение к заявленному ходатайству.

Адвокат ПРОСКУРИНА:   Относительно заявленного стороной обвинения ходатайства об изменении меры пресечения  к Долгушевой я полностью поддерживаю позицию, высказанную ранее своими коллегами, а также позицию подсудимых относительно необоснованности, незаконности заявленного ходатайства, прошу в удовлетворении данного ходатайства отказать. Полагаю, что стороной обвинения не представлено достаточных достоверных доказательств того что Долгушевой была нарушена ранее избранная мера пресечения в соответствии со ст. 102 УПК РФ, а именно подписка о невыезде. Не установлено достаточными достовернымидоказательствами, которые бы действительно свидетельствовали о том, что Долгушева в период рассмотрения настоящего уголовного дела воспрепятствовала каким-либо образом по уголовному делу. Доказательства, которые были представлены, материалы, которые были представлены стороной обвинения, полагаю, что не соответствую требованиям УПК и федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности», о чем говорили и мои коллеги, и также я ранее высказывалась в своей позиции относительно приобщения данных материалов к материалам уголовного дела. Повторяться не буду. Иных доказательств, которые бы свидетельствовали, что Долгушева каким-либо образом воспрепятствовала производству по делу, в материалах дела нет. Та запись, которая была прослушана в судебном заседании, полагаю, что не отражает в полной мере тех доводов, которые изложены в ходатайстве стороны обвинения. В данном случае полагаю, что со стороны государственного обвинения имеет место вольная интерпретация и предположение с фантазией, высказанное относительно содержания записи, которая была сегодня в судебном заседании прослушана. По пояснениям Долгушевой, действительно, разговор и встреча была инициирована самим свидетелем Куклиным. По пояснениям Долгушевой, действительно, разговор и встреча были инициированы самим свидетелем Куклиным. Содержание непосредственно самого разговора, из которого можно было бы сделать вывод о каком-либо давлении, уговорах, просьбах  и так далее - невозможно. Так как расшифровка даннойзаписипредставляет собой выборочной характер, то есть отдельные фразы, которые невозможно свести в один контекст, в связи с чем теряет сам смысл всего разговора, который имел место быть между Куклиным и Долгушевой. Ну а саму запись мы не имели возможности в связи с ужасным качеством данной записи.

Не буду повторять доводы, я еще раз обращу внимание суда, что я полностью поддерживаю ранее высказанные позиции относительно необоснованности заявленного ходатайства в части изменения меры пресечения, тем более на такую меру пресечения как заключение под стражу. В случае если судом все-таки будет установлено нарушение со стороны Долгушевой в части меры пресечения, избранной ранее, полагаю, что максимально достаточным, который полностью обеспечит осуществление правосудия в настоящем судебном заседании, будет избрание в отношении нее меры не более чем домашнего ареста по адресу квартиры, документы на которую были приобщены в настоящем судебном заседании, в г. Нижнем Новгороде, что обеспечит ее изоляцию от всех свидетелей, которые действительно - максимальное количество которых находится в Республике Марий-Эл, и нормальное производство по делу. Все.

СУДЬЯ: Защитник Шарафутдинова, изложите ваше отношение к ходатайству.

Адвокат ШАРАФУТДИНОВА:   Да, Ваша Честь, спасибо. Я прошу отказать в удовлетворении ходатайства государственного обвинителя об изменении меры пресечения в отношении Ираиды Борисовны Долгушевой. Считаю его незаконным и необоснованным. Те доводы, которые приводит гособвинитель касаемые того, что Долгушева воспрепятствует производству по уголовному делу, я считаю совершенно необоснованными по тем основаниям, которые были приведены моими коллегами, с ней я полностью согласна, что трудно говорить, что записи и стенограммы являются каким-либо хотя бы доказательством, подтверждающим что она воспрепятствовала производству по уголовному делу. Доводов о том, что она может скрыться от суда - соответственно вообще, я считаю, не приведено. Поэтому я бы просила вас учесть еще и тот момент, что действительно изменение на столь строгую меру пресечения совершенно необоснованно, даже ввиду возраста Долгушевой, ввиду ее состояния здоровья, у нее есть престарелая мать, которая останется одна и без ухода  в случае изоляции Долгушевой от общества. Поэтому я считаю, что совершенно это необоснованно, ничем не подтверждено, не доказано со стороны гособвинения. Прошу оставить ту меру пресечения, которая имеет место быть в течение длительного времени, которую Долгушева не нарушала, соблюдала и ничем себя никаким образом не проявила, что она нарушает или намерена нарушать данную меру пресечения.

СУДЬЯ:  Защитник адвокат Овсянкин, ваша позиция

Адвокат ОВСЯНКИН:   Уважаемый Суд, уважаемые участники процесса, я также возражаю против заявленного ходатайства об изменении меры пресечения Долгушевой в виде самой суровой меры пресечения в виде заключения под стражу. И хотелось бы отметить отдельно, что в обосновании заявленного ходатайства государственное обвинение ссылается на то, что Долгушева оказывала давление на свидетеля. Была предоставлена в ходе судебного заседания аудиозапись, однако нужно обратить внимание, что в ходе изучения данной аудиозаписи и стенограммы мы не смоглиопределить, имелись ли угрозы со стороны Долгушевой, также отсутствует массивное психологическое и психическое давление на данного свидетеля с целью получения конкретных устраивающих подсудимых показаний. Кроме того также необходимо обратить внимание на то, что все свидетели в ходе предварительного расследования ранее были уже допрошены, все материалы находятся… все эти допросы находятся в материалах дела. Также предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний. Кроме того в ходе судебных заседаний мы многократно являемся свидетелями о том, что когда свидетель забывает какие-либо показания, возникают существенные противоречия с ранее данными показаниями, при оглашении их показаний они сразу же с ними соглашаются. Поэтому говорить о том, что Долгушева каким-либо образом могла оказать давление на свидетелей - считаю это нецелесообразны ми не находит своего подтверждения. Что касается личности подсудимой Долгушевой, необходимо также отметить, что в материалах дела отсутствует медицинское заключение о том, что возможно ли ее нахождение в местах лишения свободы, не повлияет ли это на ее состояние здоровья, не ухудшит ли это ее состояние здоровья, которое впоследствии может привести к летальному исходу. Поэтому я полагаю, что избрание столь суровой меры пресечения для подсудимой Долгушевой нецелесообразно и не отвечает требованиям УПК, поэтому прошу в ходатайстве государственного обвинителя отказать в полном объеме.

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  А можно добавить?

СУДЬЯ:  Суд выясняет мнение участников процесса, дополнение к ходатайству. Маркелов?

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Ваша Честь, я просто хотел бы добавить, что тот разговор, который мы имели на диске, что она Долгушева говорит, подтвердила, он ничего не решает. Он никак не отражается на собранных доказательствах. Егошин - допрошенный свидетель обвинения. И опровергнуть его показания, его показания… оценить его показания может только суд, а не какой-то документ или (нрзб.). Поэтому это вообще бессмысленный разговор, Ваша Честь. И следующее хочу добавить, Ваша Честь. Ведь Долгушева достаточно знала процедуру (нрзб.), с кем можно встречаться, а с кем нельзя. Она бы (нрзб.). Для того чтобы (нрзб.) общение со свидетелем, как гособвинитель говорит или там чтобы она там не встречалась, можно просто ей сделать соответствующее ограничение. Она будет исполнять, не обязательно такие жесткие меры. Спасибо.

СУДЬЯ:  Кожанова, желаете что-то дополнить?

Подсудимая КОЖАНОВА:  Я хочу добавить. Я хочу сказать, что человек жизнь прожил, наверно, она своей жизнью уже доказала, что она порядочный нормальный человек. Никакой она не преступник (нрзб.).

СУДЬЯ: Долгушева?

Подсудимая ДОЛГУШЕВА: Я, выслушав мнение адвокатов, обвинения, обвиняемых, тоже, как сказать, посмотрела на себя со стороны, и знаете, чувствую чудовищную несправедливость, чудовищной лжи, выразившейся как раз в ходатайстве, которое было озвучено. И в том что отказывают мне как обвиняемой в праве в качестве доказательной базы в том что как действительно проходила встреча, сделать расшифровки аудиозаписи, а это очень важно и очень существенно, потому что давления никакого не было. Был разговор, еще раз говорю, я высказала свою позицию, что как раз посодействовало бы в разрешении вопроса - кто прав, кто виноват в вопросе установления истины, и не более того. Поэтому, Уважаемый Суд, я считаю, что … прошу вернее учесть мнение, высказанное здесь и обвиняемыми, подзащитными, учесть все-таки все вместе сложенные обстоятельства. Спасибо.

СУДЬЯ:   Защитники, кто-то желает что-то еще дополнить?

Адвокат ДМИТРИЕВ: Да. Разрешите мне один вопрос к Маркелову. Разрешите?

СУДЬЯ:  К Маркелову?

Адвокат ДМИТРИЕВ: Ну, тут Ваша Честь, мне хотелось бы выяснить вопрос, просила ли Долгушева…

Адвокат МОРОЗОВ:   Он сказал, что не просила.

Адвокат ДМИТРИЕВ: А все, тогда прошу прощения. И следующий момент. Государственный обвинитель, говоря о том, что представлены результаты оперативно-розыскной деятельности, как таковыми являются доказательства,  но тем не менее могут учитываться при разрешении вопроса. Ну, Уважаемый Суд, согласно этим оперативным сведениям в разговоре принимали три человека участие - это мой доверитель, Григорьева и Куклин. Показания моего доверителя в судебном заседании мы выслушали. И дабы у суда сложилось мнение о том, говорит ли мой доверитель правду, говорит ли она неправду, утаила ли она что-либо из того, что имело место 3 сентября 2019 года, я воспользуюсь, опять-таки, Уважаемый Суд, своим правом заявить ходатайство о приглашении в судебное заседание участников, оставшихсядвух участников этого разговора, это Куклина и Григорьева. И допросить их исключительно по  тем обстоятельствам, которые им известны или стали известны в результате разговора, произошедшего 3 сентября 2019 года в указанном государственном обвинителем месте. Спасибо.

СУДЬЯ: Долгушева, ваше отношение к данному ходатайству?

Подсудимая ДОЛГУШЕВА:  Я поддерживаю ходатайство своего защитника.

СУДЬЯ:  Маркелов?

Подсудимый МАРКЕЛОВ:  Поддерживаю, считаю просто необходимо.  Ваша Честь, поддерживаю, я считаю,  просто необходимо вызвать и допросить. Пусть они пояснят, какое на них давление оказано, кто инициатором был.

СУДЬЯ: Кожанова?

Подсудимая КОЖАНОВА: Поддерживаю.

СУДЬЯ: Морозов?

Адвокат МОРОЗОВ:   Я считаю, что ходатайство основано на законе и подлежит удовлетворению.

СУДЬЯ: Кукишев?

Адвокат КУКИШЕВ: Поддерживаю, Ваша Честь.

СУДЬЯ:  Проскурина?

Адвокат ПРОСКУРИНА:   Да, Ваша Честь, поддерживаю.

СУДЬЯ: Шарафутдинова?

Адвокат ШАРАФУТДИНОВА:  Поддерживаю.

СУДЬЯ: Овсянкин?

Адвокат ОВСЯНКИН:   Поддерживаю.

СУДЬЯ:  Семенова?

Адвокат СЕМЕНОВА:  Поддерживаю.

СУДЬЯ: Государственные обвинители?

Прокурор ПОТАПОВ:  Уважаемый Суд, мы возражаем. Дело заключается в том, что первое, для разрешения настоящего ходатайства не требуется в данном случае допрос Куклина, поскольку разговор с ним и беседу в данное время в данное конкретное число фигурантом дела Долгушевой не отрицается, это во-первых, во-вторых, ныне стадия судебного следствия, в рамках которых государственное обвинение представляет доказательства. И таким образом заставлять нас менять свой порядок и план защита не имеет права, равно как и суд. Поэтому при таких обстоятельствах Куклин будет допрошен ровно тогда, когда либо я, либо моя коллега примем такое решение.

СУДЬЯ:  Трусова?

Прокурор ТРУСОВА:  Прошу в удовлетворении ходатайства отказать, оснований … у стороны обвинения в недостоверности представленных материалов не имеется.

СУДЬЯ: Суд, выслушав мнения участников процесса, учитывая пояснения Долгушевой относительно факта встречи с Куклиным и Григорьевой 3 сентября 2019 года, предмета беседы, суд не усматривает оснований для допроса Куклина и Григорьевой по данным обстоятельствам. В удовлетворении ходатайства защитника Дмитриева о вызове Григорьеву и Куклина в судебное заседание для допроса постановляет отказать. Дмитриев, иные дополнения и ходатайства есть у вас?

-   Уважаемый Суд…

СУДЬЯ:  Дмитриев, я спросила, есть ли дополнения к ходатайству.

-   А, извините.

Адвокат ДМИТРИЕВ: Ваша Честь, у меня ходатайств не имеется. Я в качестве дополнения прошу обратить внимание как участник судебного заседания, так и вас, Уважаемый Суд, факт встречи никто не отрицает. И законом не возбраняется в рамках ст. 102 осуществлять встречи подсудимого в настоящий момент с кем бы то ни было. Законом возбраняется только оказывать давление, воспрепятствовать установлению истины и каким-либо иным образом мешать установлению истины по делу. Так вот, это и есть тем предметом, которым мы в настоящий момент озадачены. И получить эти сведения, о чем же все-таки имелся разговор в указанном месте, носил ли он противоправный характер или он осуществлялся в рамках, ну, закона - по-другому сказать нечего - в рамках закона, не нарушая ничьих прав, ничьих обязанностей - вот в чем истинная цель и задача у нас стоит перед нами. И когда государственный обвинитель говорит о том, что показания Куклина и Григорьевой они пока в настоящий момент неважны, и мы их допросе лишь только после того когда сочтем необходимым и нужным, уважаемые государственные обвинители, в ход представления доказательств мы не вмешиваемся. Мы говорим о том, что их необходимо было только допросить по единственному факту - по факту, имевшему место 3 сентября. Никаких других вопросов задавать не будем. И Уважаемый Суд, поймите, это наша единственная возможность, доказать… вот знаете как сказать - докажите, что я не верблюд. Ну у меня есть такая возможность, мы ее используем, понимаете, другого нам не дано. И в настоящий момент мы лишены возможности доказать, что именно в этот момент Долгушева не говорила ни о чем кроме как о том, о чем она нам сегодня поведала в судебном заседании. И я уверен, Уважаемый Суд, что именно вот в этом заключается смысл установления предмета судебного разбирательства - имело ли место давление или иных каких-то действий противоправных, которые воспрещены ст. 102 Уголовно-процессуального кодекса, не нам, а человеку, обладающему данной мерой пресечения. Поэтому, Уважаемый Суд, мы сейчас при наличии тех обстоятельств, вернее, при наличии тех сведений, которые предоставила сторона обвинения, вынуждены в нарушение опять-таки закона, хотя доказательства представлять возлагается на сторону обвинения, мы стараемся доказать, что мы не виноваты, хотя сторона обвинения должна сказать, что вы виноваты, и вот доказательства. Мы же просим предоставить доказательства, которые указывают на невиновность. И встречаем непонимание. Я, конечно, не вмешиваюсь в отправление правосудия. И уверен в том, что вы примете законное решение при учете тех обстоятельств, которые мы получили в связи с данным вопросом. Но я, Уважаемый Суд, призываю к тому, чтобы действительно это решение было принято на основании закона. И с учетом всех тех обстоятельств, которые вот мы получили при решении данного вопроса. Спасибо.

СУДЬЯ:  Семенова, изложите вашу позицию.

Адвокат СЕМЕНОВА:  Ваша Честь, я поддерживаю то что было высказано мной. Прошу учесть пенсионный возраст моей подзащитной. Все-таки полагаю, что в данном случае рассмотрение самое строгой меры пресечения в виде содержания под стражей - это самая жесткая мера - и нет основания избирать ее и вообще удовлетворять ходатайство гособвинения. Также прошу учесть ту ситуацию, что экспертным путем у нас не установлено соответствие разговора, который имеется на диске, соответствие тексту, который имеется в стенограмме. Долгушева высказала позицию совершенно иную - ту, которая у нас содержится в стенограмме. Поэтому у нас нет оснований не доверять позиции Долгушевой. Обратных доказательств того не имеется. И поэтому я полагаю, что нет оснований говорить о том, что она воспрепятствует производству по делу.

СУДЬЯ:  Для принятия решения суд удаляется в совещательную комнату.

 

СУДЬЯ:  Оглашается постановление 15 ноября 2019 года. Нижегородский районный суд г. Нижнего Новгорода в составе председательствующего судьи Дякиной с участием государственных обвинителей старшего прокурора 2-го отдела 2-го отдела апелляционного управления Главного уголовно-судебного Управления Генеральной Прокуратуры Российской Федерации Потапова, прокурора 1-го отдела государственных обвинителей уголовно-судебного Управления Прокуратуры Нижегородской области Трусовой; подсудимых Маркелова, Кожановой, Долгушевой; защитников адвокатов Проскуриной, представившей удостоверение №1054, ордер №261; Шарафутдиновой, представившей удостоверение №707, ордер №68962; Кукишева, представившего ордер №7157, удостоверение №77/13500; Морозова, представившего ордер №3331, удостоверение №457; Овсянкина, представившего удостоверение №2440, ордер №68960; Семеновой, представившей удостоверение №1068, ордер №68957; Дмитриева, представившего удостоверение №6734, ордер №8093; при секретаре Вороновой, рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении Маркелова Игоря Леонидовича, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 6 ст. 290, ч. 2 ст. 285, ч. 2 ст. 285, ч. 1 ст. 222 Уголовного кодекса Российской Федерации; Кожановой Натальи Игоревны, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 291 прим. 1 Уголовного кодекса Российской Федерации; Долгушевой Ираиды Борисовны 16 июля 1955 г.р., уроженки деревни Лучевая Медведевского района Марийской АССР, гражданки РФ, имеющей высшее образование, разведенной, не работающей, пенсионерки, зарегистрированной и проживающей по адресу: Республика Марий-Эл, г. Йошкар-Ола, ул. Анциферова дом 48 кв. 5, не судимой, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 285 ч. 2 Уголовного кодекса Российской Федерации, установил:

Уголовное дело в отношении Маркелова, Кожановой, Долгушевой поступило в Нижегородский районный суд г. Нижний Новгород 2 июля 2019 года. Государственный обвинитель Потапов в судебном заседании заявил ходатайство об изменении в отношении подсудимой Долгушевой меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на меру пресечения в виде содержания под стражей в соответствии со ст. 110 УПК РФ, поскольку изменились основания для избрания меры пресечения, предусмотренной ст. 97 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а именно в распоряжение государственного обвинителя поступили материалы оперативно-розыскное деятельности, которые свидетельствуют о том, что находясь во время перерыва в сторона защиты данного дела встречалась в неформальной обстановке в кафе «Старый Георг» в Республике Марий-Эл с первым заместителем правительства и одним из ключевых свидетелей по делу Куклиным и в присутствии Григорьевой, которая является бывшим руководителем администрации главы Республики Марий-Эл, ранее занимала должность министра юстиции республики, и которая в настоящее время по делу не допрошена, и оказала на него воздействие путем уговора дать показания в пользу подсудимого Маркелова по прямой просьбе последнего. В разговоре указанные лица обсуждали ход рассмотрения настоящего уголовного дела в Нижегородском районном суде г. Нижний Новгород, планировали линию поведения и защиты в ходе предстоящих судебных заседаний. Непосредственно подсудимая Долгушева по просьбе Маркелова склоняла Куклина к даче показаний, которые бы опровергали показания ранее допрошенных Ушаковой и Егошина. В ходатайстве указана, что подсудимая Долгушева обвиняется  в совершении тяжкого преступления, санкции статьи за которое предусматривают наказание лишение свободы сроком выше 5 лет, установлен факт давления на свидетеля с целью изменения ранее данных им показаний, в связи с чем имеются основания полагать, что Долгушева, находясь на свободе, с целью избежать уголовной ответственности может воспрепятствовать производству по делу, скрыться от суда, а также, исходя из необходимости рассмотрения уголовного дела по существу  для защиты законных прав и интересов участников уголовного судопроизводства, при соблюдении принципа разумной необходимости ограничения прав и свобод подсудимого государственный обвинитель ходатайствует изменить Долгушевой ранее избранную меру пресечения подписку о невыезде на заключение под стражу сроком на 2 месяца. При этом указанные обстоятельства, по мнению государственного обвинителя, не находятся в противоречии с подпунктом «с» ч. 1 с. 5 Конвенции защиты прав человека и основных свобод, что полностью соответствует ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, предусматривающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в которой это необходимо в целях защиты нравственности и здоровья, прав и законных интересов других граждан. Каких-либо документов, свидетельствующих о наличии у подсудимых заболеваний, препятствующих содержанию в условиях следственного изолятора в материалах дела не содержится, суду не представлено. Долгушева имеет постоянное место жительства, разведена, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, не судима.

Подсудимая Долгушева и ее защитники каждый возражали против удовлетворения ходатайства государственного обвинителя. Подсудимая Долгушева не оспаривает факт встречи 3 сентября 2019 года с Куклиным и Григорьевым, их общение, отрицает, что оказывала на Куклина давление, утверждает, что просто просила Куклина дать правдивые показания в суде. Защитники Дмитриев и Семенова полагают, что отсутствуют доказательства наличия оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, что Долгушева оказывала давление на свидетеля Куклина. Защитник Дмитриев считает представленные государственным обвинителем документы не соответствующими требованию закона, в том числе федеральному закону №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», полагает, что они не могут быть признаны доказательствами. Считает предложенную гособвинителем меру пресечения в виде содержания под стражей неоправданной суровой с учетом возраста, семейного положения, предлагает рассмотреть вопрос о применении более мягкой меры пресечения в виде домашнего ареста по адресу: Нижний Новгород, ул. Лопатина дома 5А кв. 118. Подсудимые Маркелов и Кожанова и их защитники возражали против удовлетворения ходатайства государственного обвинителя, поддержали позицию Долгушевой и ее защитников. Считают также, что отсутствуют доказательства оказания Долгушевой давления на свидетеля, что с учетом личности Долгушевой, ее характеристики предложенную меру пресечения  в виде содержания под стражей несправедлива и чрезмерно сурова.

Суд, выслушав мнение сторон, приходит к следующим выводам. 14 мая 2018 года в отношении обвиняемой Долгушевой избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении. Постановлениями Нижегородского районного суда г. Нижнего Новгорода от 24 июня 2019 года, от 24 апреля 2019 года, от 24 июня 2019 года мера пресечения в отношении Долгушевой оставлена без изменения в виде подписки о невыезде надлежащем поведении. Долгушева обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 285 УК РФ. Данное преступление в соответствии со ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации относится к категории тяжких, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 2-х лет. Судом исследовано постановление врио начальника УФСБ России по Республике Марий-Эл Андропова от 31 октября 2019 года о представлении результатов оперативно-розыскной деятельности органов дознания, следователю, в суд, постановление врио начальника УФСБ России Республики Марий-Эл Андропова от 31 октября 2019 года  о рассекречивании сведений,составляющих государственную… тайну и их носителей, справку старшего оперуполномоченного 2-го отдела УФСБ России по Республике Марий-Эл Жигунова от 31 октября 2019 года по результатам проведения ОРМ «Наблюдение», стенограмма от 3 сентября 2019 года, содержащая диалог с Долгушевой с Куклиным и Григорьевой 3 сентября 2019 года в период с 16:00 до 17:05 в кафе  «Старый Георг», расположенного по адресу: Республика Марий-Эл, г. Йошкар-Ола, ул. Анциферова дом 37, диск CD-R, содержащий файл 1-69403.09.19, прослушанный в судебном заседании, разговор на котором полностью соответствует тексту разговора в стенограмме от 3.09.2019 года и сопроводительные документы к ним. Представленные суду доказательства получены с соблюдением требований ст. ст.  6, 7, 8 Федерального закона №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» по уголовному делу, из которого было выделено рассматриваемое уголовное дело в отношении Маркелова, Кожановой и Долгушевой -  том 213, л.д.  1-4 - и которое находится в стадии расследования, и требование ст. 89 УПК РФ соблюдены. Данные доказательства являются относимыми, предоставлены суду в соответствии со ст. 86 УПК РФ. Суд признает их допустимыми. В соответствии с ч. 1 ст. 110 УПК РФ мера пресечения отменяется когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст. ст. 97, 99 УПК РФ. Оснований для избрания меры пресечения, предусмотренных ст. 97 УПК РФ изменились. Суд находит установленным факт воздействий подсудимой Долгушевой, находящейся на подписке о невыезде и надлежащем поведении на свидетеля Куклина, который в судебном заседании еще не допрошен, поэтому имеются законные основания для изменения в отношении подсудимой ранее избранной меры пресечения на более строгую. При указанных обстоятельствах суд находит установленным, что основания для избрания меры пресечения подсудимой Долгушевой изменились. У суда имеются объективные основания полагать, что подсудимая Долгушева, находясь на свободе, используя связи, знакомство с подсудимым Маркеловым как  бывшего главы Республики Марий-Эл, может иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, то есть имеются основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ. Доводы государственного обвинителя, что Долгушева, находясь на свободе, в целях избежать уголовной ответственности, может скрыться от суда, судом  во внимание не применяются,поскольку они объективно ничем не подтверждены, напротив, судом установлено, что от следствия и суда Долгушева не скрывалась, по вызовам следствия и суда являлась. При разрешении судом вопроса в соответствии с требованиями ст. 99 УПК РФ, учитываются данные о личности подсудимой Долгушевой - является гражданкой Российской Федерации, пенсионеркой, имеет место жительство, регистрацию на территории РФ, не судима, на учете у нарколога и психиатра не состоит, характеризуется положительно, состояние здоровья, семейное положение, возраст, возраст ее престарелой памяти. Однако указанные обстоятельства - каждое в отдельности и в совокупности - не устраняют оснований для изменения меры пресечения подсудимой Долгушевой с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. Сведений, свидетельствующих о наличии у подсудимой Долгушевой заболеваний, препятствующих ее содержанию в условиях Следственного изолятора, в материалах дела не содержится, суду не представлено. С учетом изложенного, тяжести предъявленного обвинения, данных о личности подсудимой, наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, суд полагает необходимым изменить в отношении подсудимой Долгушевой меру пресечения в виде подписки и надлежащем поведении на заключение под стражу. Срок действия указанной меры пресечения устанавливается с учетом требований ч. 1 ст. 109 УПК РФ на два месяца. Указанные обстоятельства не находятся в противоречии   с пунктом «с» ч. 1 ст. 5 Конвенции о защите прав человек и основных свобод и полностью соответствуют ст. 55 ч. 3 Конституции Российской Федерации, предусматривающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина  в той мере, в которой это необходимо в целях защиты нравственности и здоровья прав и законных интересов других граждан. Избрание более мягкой меры пресечения, в том числе в виде домашнего ареста в соответствии  со ст. 107 УПК РФ, запрет определенных действий, предусмотренных ст. 105.1 УПК РФ, по мнению суда, является невозможным. На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 97, 99, 108, 110 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд постановил ходатайство государственного обвинителя удовлетворить, изменить в отношении подсудимой Долгушевой Ираиды Борисовны 16 июля 1955 г.р., уроженки деревни Лучевая Медведевского района Марийской АССР, гражданки РФ меру пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу. Меру заключения в виде заключения под стражу в отношении Долгушевой избрать на срок два месяца ноль суток, то есть по 14 января 2020 года включительно. Долгушеву Ираиду Борисовну 16 июля 1955 г.р., уроженки деревни Лучевая Медведевского района Марийской АССР, гражданки Российской Федерации взять под стражу в зале суда немедленно. В удовлетворении ходатайства защитника Дмитриева об изменении меры пресечения подсудимой Долгушевой на домашний арест отказать. Настоящее постановление может быть обжаловано в Нижегородский областной суд путем подачи жалобы через Нижегородский районный суд г. Нижний Новгород в течение трех суток с момента его вынесения, подсудимой, содержащейся под стражей в тот же срок с момента получения его копии. В случае апелляционной жалобе подсудимый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении жалобы судом апелляционной инстанции. Судья, подпись.

Суд разъясняет подсудимой Долгушевой на необходимость заполнить расписку  о получении копии постановления о своем намерении пользоваться помощью определенного защитника в суде апелляционной инстанции, о своем участии в суде апелляционной инстанции. Копия постановления подсудимой будет вручена сегодня, остальным участникам во вторник. Судебное заседание будет продолжено во вторник в 10 часов утра. на сегодня судебное заседание объявляется оконченным.



Фотоархив

Все