«ТРУНОВ, АЙВАР И ПАРТНЁРЫ»

Международная Юридическая фирма

основана в 2001 году

+7(499)158-29-17

+7(499)158-85-81

+7(499)158-65-66

info@trunov.com

Правовая позиция защиты Мельникова по мере пресечения

В судебную коллегию по уголовным делам Московского городского суда

 

Адвоката Áйвар Людмилы Константиновны

в защиту интересов Мельникова Владислава Сергеевича

обвиняемого по уголовному делу №12002007703000175

по п. «в» ч. 3 ст. 127.1, ч. 3 ст. 30, п. «а», «в» ч. 3 ст. 127.1 УК РФ

 

на постановление Басманного районного суда г. Москвы

от 16 июля 2020 года (материал №3/1-179/2020)

об избрании меры пресечения в отношении Мельникова В.С.

в виде заключения под стражу

 

 

ТЕКСТ устного выступления адвоката Áйвар Л.К. в суде апелляционной инстанции по апелляционной жалобе на постановление от 16 июля 2020 года об избрании меры пресечения в отношении Мельникова В.С.

 

Постановлением Басманного районного суда г. Москвы от 16 июля 2020 года под председательством судьи Левашовой В.Е. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении Мельникова Владислава Сергеевича сроком на 2 мес. то есть до 14 сентября 2020 года.

Суд отказал в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста, залога денежных средств, а также об отложении рассмотрения ходатайства на 72 час.

С данным постановлением не согласны защита и обвиняемый Мельников В.С., считаем его не отвечающим требованиям законности и обоснованности (ст. 389.9 УПК РФ), и подлежащим отмене по следующим основаниям.

1) Нарушение части 2 ст. 22 Конституции РФ. Мельников В.С. незаконно удерживался под арестом по истечении 48 час. с момента задержания.

Фактическое время задержания Мельникова В.С. - 14 июля 2020 года  7:05 час. утра.

Данное обстоятельство является юридическим фактом, который должен быть установлен в судебном заседании, поскольку это напрямую касается конституционных прав гражданина, а также является обязательным с целью правильного исчисления сроков задержания и дальнейшего нахождения под стражей.

Фактическое время задержания Мельникова В.С. подтверждается текстами протоколов обысков, которые были проведения в его жилище (три квартиры) и в гараже. Обыски начались примерно в 7 час. утра и длились до 15:42 час., после чего Мельников В.С. был препровожден сотрудниками СОБРа в Следственный комитет РФ. С момента 7:05 час. 14 июля 2020 Мельник не имел возможности свободно перемещаться или покинуть места производства обыска.

Данные обстоятельства подтвердили присутствующие при обыске понятая М. (она лично присутствовала при производстве обыска) и Д. (собственник квартиры в которых начался обыск в 7 час. утра 14 июля 2020).

Согласно показаний М. в Д. сотрудники следственного комитета и спецслужб запрещали Мельникову В.С. воспользоваться своим правом на свободу передвижения, изъяли мобильные телефоны, блокировали входные двери в квартиры, выставили охрану на лестничной клетке ( протоколы опросов, произведенные адвокатом 18 августа 2020 года прилагаются).

Часть 2 ст. 22 Конституции РФ закрепляет основополагающий конституционный принцип, согласно которому арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов. Следовательно, срок задержания Мельникова В.С. истек в 7:05 час. 16 июля 2020 года и он должен был быть освобожден. Дальнейшее задержание и удержание Мельникова В.С. под арестом является незаконным лишением свободы.

Согласно ст. 94 УПК РФ (ч. 2) По истечении 48 часов с момента задержания подозреваемый подлежит освобождению, если в отношении него не была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу либо суд не продлил срок задержания в порядке, установленном пунктом 3 части седьмой статьи 108 настоящего Кодекса. (ч. 3) Если постановление судьи о применении к подозреваемому меры пресечения в виде заключения под стражу либо продлении срока задержания не поступит в течение 48 часов с момента задержания, то подозреваемый немедленно освобождается.

Суд отказал защите в удовлетворении ходатайства, заявленного в судебном заседании. которое состоялось 16.07.2020 в 18:00 час., то есть после истечения 48-часового срока задержания Мельникова С.В.

Таким образом, аргумент суда о том, что следствие обратилось в суд с ходатайством в установленные законом сроки не соответствует действительности, фактическим обстоятельствам, является незаконным.

2) При избрании меры пресечения в отношении Мельникова В.С. суд нарушил нормы материального права и требования ст. 108 УПК РФ.

Заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение. Такими обстоятельствами не могут являться данные, не проверенные в ходе судебного заседания, в частности результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные в нарушение требований статьи 89 настоящего Кодекса.

В постановлении суда отсутствуют обоснованные данные о невозможности избрания в отношении Мельникова В.С. иной, не связанной с заключением под стражу, меры пресечения.

Суд также не приводит конкретных данных, которые могли по служить основанием полагать, что Мельников В.С. причастен к совершению противоправного деяния. Являясь генеральным директором ООО «Европейский центр суррогатного материнства», он занимался законной деятельностью по сопровождению программ суррогатного материнства.

При решении вопроса об обоснованности подозрения в совершении преступления суд, прежде всего должен был оценить наличие состава преступления в предъявленном обвинении. Отсутствие в деянии состава преступления исключает сам факт обоснованности подозрения, так как не соответствует требованиям Уголовно законодательства РФ.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года за №41 избрание меры пресечения в виде заключения под стражу допускается только после проверки судом обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению. Обоснованное подозрение предполагает наличие данных о том, что это лицо причастно к совершенному преступлению (застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; потерпевший или очевидцы указали на данное лицо как на совершившее преступление; на данном лице или его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления и т.п.).

Обратить внимание судов на то, что проверка обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению не может сводиться к формальной ссылке суда на наличие у органов предварительного расследования достаточных данных о том, что лицо причастно к совершенному преступлению. При рассмотрении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу судья обязан проверить, содержит ли ходатайство и приобщенные к нему материалы конкретные сведения, указывающие на причастность к совершенному преступлению именно этого лица, и дать этим сведениям оценку в своем решении.

Оставление судьей без проверки и оценки обоснованности подозрения в причастности лица к совершенному преступлению должно расцениваться в качестве существенного нарушения уголовно-процессуального закона (части 4 статьи 7 УПК РФ), влекущего отмену постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.

Как следует из материалов, представленных суду и из текста постановления, суд не выполнил требования ПП ВС РФ №41. В частности, на стр. 3 постановления суд указывает, что об обоснованности подозрения свидетельствуют содержащиеся в представленных материалах показания свидетелей, протоколы следственных действий, заключение судебной экспертизы, результаты оперативно-розыскной деятельности и другие документы.

При этом, как усматривает защита, суд не ознакомился должным образом с текстами представленных документов.

В материал №3/1-179/2020 действительно имеются протоколы допросов свидетелей: Ивановой Ю.Ю. от 23.01.2020 (л.д. 46-52), Ашиткова Т.В. от 23.01.2020 (л.д. 53-59). Данные свидетеля являются врачами. Они дали показания о процедуре суррогатного материнства, как в целом, так и в отношении детей, которые были обнаружены в квартиру в Одинцовском г.о.

Свидетели Емашев Р.В. допрошен 15.01.202 (л.д. 60-65) и свидетель Чернышова В.А. допрошена 15.01.2020 (л.д. 66-71), сотрудники ООО «Росюрконсалтинга», также были допрошены на предмет сопровождения процедур суррогатного материнства.

Ни один из свидетелей, чьи протоколы допросов приложены следствием к материалам, как обстоятельства, подтверждающие обоснованность подозрений, не содержат, ни прямых, ни косвенных упоминаний, ни о самом Мельникове В.В., ни о компании ООО «Европейский центр суррогатного материнства».

Суд ссылается на заключение экспертизы. В материалах на стр. 29 - 41 имеется Заключение экспертизы трупа новорожденного ребенка от 08.02.2020 года, которая была назначена на основании постановления следователя по особо важным делам Шуваловой А.Ю. в рамках уголовного дела, возбужденного по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ. Как следует из заключения эксперта, смерть ребенка наступила по естественным причинам и исключило наличие состава преступления. Сам Мельников В.С. в тексте постановления никак не фигурирует и не упоминается, ни косвенно, ни на прямую.

В материалах имеется протокол осмотра предметов от 06.04.2020 с контактами и перепиской неких неидентифицированных следствием лиц. Изучение контактов и переписки свидетельствует, что никакого упоминания в отношении Мельникова В.С. в них не имеется (л.д. 72-82).

14-15.07 2020 Мельников В.С. был допрошен в качестве подозреваемого и обвиняемого. Он дал подробные показания, свидетельствующие о его непричастности к инкриминируемому деянию. От дачи показаний не уклонялся несмотря на производство допроса в ночное время и применения к нему физической силы при задержании, хотя в этом не было никакой необходимости т.к. Мельников В.С. не оказывал сопротивления сотруднику полиции, который превысил свои полномочия и причинил Мельникову В.С. телесные повреждения, в связи с чем ему оказывалась медицинская помощь и он был помещен в ИВС-2 при 20 ГКБ ДЗМ.

Как следует из постановления о привлечении Мельникова В.С. к уголовной ответственности, он в группе лиц систематически совершал купли-продажи иностранным гражданам новорожденных детей путем приискания покупателей и суррогатных матерей, скрывая преступления под видом законной деятельности, под видом лечения бесплодия путем проведения незаконных процедур ЭКО с использованием мужских половых клеток неустановленных лиц.

Данное обвинение не выдерживает никакой критики и опровергается имеющимися у защиты доказательствами и официальными документами, согласно которым дети, которые были рождены с применением ЭКО по программе суррогатного материнства являются генетически родными детьми своих родителей. Иностранные, как и российские граждане, используют современные репродуктивные технологии с целью рождения родных детей при отсутствии физической возможности самостоятельно зачать и выносить ребенка, они прибегают к методу ЭКО и привлекают для вынашивания детей суррогатных матерей. Невозможно совершить куплю-продажи своего собственного ребенка. Проведенные процедуры не содержат состава преступления, которое послужило основанием для заключения Мельникова В.С. под стражу.

Защита предоставляет суду документы, подтверждающие генетическое родство детей их родителей.

Таким образом, суд пришел к необоснованному и незаконному выводу, что представленное ходатайство и приобщенные к нему материалы содержат конкретные сведения, позволяющие суду принять решение об удовлетворении ходатайства следователя, поскольку их совокупность не является достаточной, а напротив, свидетельствует об обратном. Не случайно суд не привел в постановлении конкретных данных, содержащихся в представленных материалах, а лишь формально сослался на их наличие.

3) Согласно п. 3 названного ПП ВС РФ №41, исходя из положений статьи 97 УПК РФ ни одна из мер пресечения, предусмотренных в статье 98 УПК РФ, в том числе мера пресечения в виде заключения под стражу, не может быть избрана подозреваемому или обвиняемому, если в ходе судебного заседания не будут установлены достаточные данные полагать, что подозреваемый или обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, либо может продолжить заниматься преступной деятельностью, либо может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Более того, судам следует иметь в виду, что наличие таких данных еще не свидетельствует о необходимости применения к лицу самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу. Решая вопрос об избрании меры пресечения суд обязан в каждом случае обсудить возможность применения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления любой категории иной, более мягкой, чем заключение под стражу, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу. (п. 3 в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 N 7).

Применяя меру пресечения в виде заключения под стражу суд указал, что обвинение в совершении особо тяжкого преступления в совокупности с данными о личности обвиняемого, позволили согласиться с доводами следствия о наличии достаточных оснований полагать, что находясь на свободе, он может скрыться от органа предварительного следствия и суда и иным образов воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Данный вывод суда не основан на фактичекских данных и материалах, представленных органом предварительного следствия.

Суду вообще не было представлено какого-либо характеризующего материала в отношении Мельникова В.С., в связи с чем суд неправомерно указал на наличие данных о личности обвиняемого.

Часть 1 ст. 97 УПК РФ четко регламентирует случаи, когда дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим Кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый:

1) скроется от дознания, предварительного следствия или суда;

2) может продолжать заниматься преступной деятельностью;

3) может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым действий, указанных в статье 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.

В частности, о том, что лицо может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок либо нарушение лицом ранее избранной в отношении его меры пресечения, не связанной с лишением свободы. Уголовное дело было возбуждено 14.01.2020 года. Мельников В.С. задержан 14.07.2020 года, т.е. спустя 6 мес. Он не принимал никаких мер к сокрытию от следствия и суда, находился на территории г. Москвы, не уклонялся от явки в органы предварительного следствия.

Более того, уже после возбуждения уголовного дела, он неоднократно выезжал с территории г. Москвы, в том числе за пределы РФ, затем возвращался, что свидетельствует об отсутствии у Мельникова В.С. намерений скрыться (копии авиабилетов прилагаются).

О том, что лицо может скрыться, могут свидетельствовать, например, подтвержденные факты продажи принадлежащего ему на праве собственности имущества на территории Российской Федерации, наличия за рубежом источника дохода, финансовых (имущественных) ресурсов, наличия гражданства (подданства) иностранного государства, отсутствия у такого лица в Российской Федерации постоянного места жительства, работы, семьи. Мельников В.С. документирован заграничным паспортом, который у него был изъят при обыске. Возможности скрыться, выехать за пределы РФ у него не имеется.

Вывод суда о том, что лицо может продолжать заниматься преступной деятельностью, может быть сделан с учетом, в частности, совершения им ранее умышленного преступления, судимость за которое не снята и не погашена. Мельников В.С. ранее не судим, к уголовной ответственности не привлекался, какого-либо характеризующего материала, тем более носящего негативную характеристику следствие суду не представлено.

О том, что обвиняемый, подозреваемый может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, могут свидетельствовать наличие угроз со стороны обвиняемого, подозреваемого, его родственников, иных лиц, предложение указанных лиц свидетелям, потерпевшим, специалистам, экспертам, иным участникам уголовного судопроизводства выгод материального и нематериального характера с целью фальсификации доказательств по делу, предъявление лицу обвинения в совершении преступления в составе организованной группы или преступного сообщества. Следствие не представило таких доказательств, что свидетельствует об их отсутствии.

Сама по себе тяжесть предъявленного обвинения не может служить единственным основанием для избрания в отношении моего подзащитного меры пресечения в виде заключения под стражу.

4) Суд должным образом не рассмотрел и не обсудил вопрос о возможности избрания иной, более мягкой меры пресечения в отношении Мельникова Владислава Сергеевича, что также свидетельствует о незаконности и необоснованности избранной меры пресечения, например такой как домашний арест или залог.

Мельников В.С. имеет в собственности жилье на территории города Москвы. Это отдельная изолированная квартира по адресу г. Москва, ул... Данная квартира, как и квартира по тому же адресу …, в которой он фактически проживал на момент задержания, беспрепятственно могут быть использованы для исполнения меры пресечения в виде домашнего ареста (документы о собственности прилагаются).

На основании вышеизложенного, прохожу к выводу, что постановление Басманного районного суда г. Москвы от 16.07.2020 года является незаконным, необоснованным, немотивированным и подлежащим отмене.

Руководствуясь ст. 108 УПК РФ, Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 N 41 (ред. от 11.06.2020) "О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий"

 

ПРОШУ

Постановление Басманного районного суда г. Москвы от 16 июля 2020 года, вынесенное судьей Левашовой В.Е. об избрании в отношении Мельникова Владислава Сергеевича меры пресечения в виде заключения под стражу на 2 мес., т.е. до 14 сентября 2020 года – отменить как незаконную, освободим его из под стражи.

 

Приложение: Ордер адвоката Áйвар Л.К.

 

Защитник, адвокат, д.ю.н., профессор

                          Л.К. Айвар                                                



Фотоархив

Все